Эльзевир. Месть Астарона

Люди разучились молиться богам, а маги никогда толком не умели. Неважно: белые, серые, добрые, злые, в своем уме, спятившие – у всех одна беда. Гордыня. Все хотят стать равными богам, поэтому боги с ними больше не говорят.

– С тобой, значит, говорят.

– Со мной говорит Октарис.

– Может, она и про Эльзевир тебе рассказала?

– Может, и рассказала, только я не сразу понял. Лишь когда встретил вас, почувствовал, что должен помочь, ибо так хочет она.

– Помочь ей?

– Помочь Нуму, о котором печется богиня.

– А почему бы ей самой не заняться этим, не отвести угрозу от нашего мира?

– Боги не всесильны, Клинок. Они далеки от нас, могут направлять, давать советы, но будущее нашего мира в наших руках.

– Что же ты собираешься делать?

– Я просто следую знакам, Клинок. И тебе советую, – Своурт повернулся и улегся поудобнее.

Разговор со Своуртом озадачил Каяра. Торговец смертью признался, что знал про Эльзевир еще до их встречи. Его появление в отряде не случайно. На кого он работает? Серые? Воровские гильдии? Морской союз? Или же он и вправду верный слуга Октарис, убежденный, что исполняет волю богини? Но тогда он может быть вдвойне опасен, ибо никто не может знать, чего на самом деле хотят боги.

***

На подъезде к городу зарядил дождь. Унылый пейзаж Дагенхолма с вереницами рассохшихся частоколов, вдавленными в раскисшую землю деревянными мостовыми, заросшими полями, стал еще менее привлекательным. Город чем-то походил на Падь, такой же неказистый и приземистый.

Однако опытный взгляд сразу подмечал важное отличие: Дагенхолм был старше, лощенее, спокойнее. Особняки и даже целые улицы намертво вросли в землю и при всей своей внешней неказистости не думали разваливаться. Их хозяева породнились с этим местом, которое стало для них настоящим домом, а не постоялым двором, как для гостей Пади.

Дагенхолм расположился на северо-востоке страны, на холмах возле Медвежьих гор. Глухое место. Именно эта глухомань в незапамятные времена и приглянулась небольшому племени делорцев.

Они стали вырубать леса и засевать плодородные земли злаками. Делорцы не были воинственны, поэтому, когда пришло время, безропотно признали власть соседей-хонтийцев. На просторах Северного Харда один за другим расправляли крылья молодые города Кадм, Кидяш, Раристад, Лооран. Они росли, хорошели, пухли от наплыва переселенцев, впитывали передовые методы постройки крепостей и архитектурные веяния Приморья. Только Дагенхолм не спешил меняться.