Отброшенные в Африку

То, что у нас было, они уносили с собой после досмотра, больше напоминавшего банальный грабеж.

Но если подойти к вопросу философски, то спасибо им, вина-то наша. Зачем на ночь глядя пугать народ, да еще военный! Они ведь запросто могли из какой-нибудь береговой мортиры долбануть – кто их знает, чем у них там был защищен порт при испанских плантаторах. В общем, хорошо, что Бата – не родной город Севастополь с его береговыми батареями, а то бы наша одиссея имела грустный финал.

Но даже и после инцидента с военными внутри у нас все весело булькало и лопалось, как в стакане с лимонадом.

Поскольку весь наш коньяк был конфискован, то развлекаться оставалось только шипучим лимонным напитком – единственной остававшейся на борту жидкостью, не считая бочки моторного масла.

То обстоятельство, что после тяжелейшего перехода мы встретили прибывшее вскоре начальство хоть и вынужденно, но трезвыми и относительно прибранными, лишний раз доказывает, что крыло удачи над нами было все еще распростерто.

5.

Приняли нас радушно. Представители компании, для которой мы преодолели почти 5 тысяч морских миль, во главе с прилетевшим большим боссом, внимательно посмотрев нам в глаза и не увидев в них ничего кроме жажды пресной воды, успокоились и пообещали скорейшую доставку продуктов и топлива. Уже через полчаса все это было привезено на стареньком грузовичке Nissan с надписью MartinezHernanos на борту. И только когда мы обрели положенную морякам автономность, когда кэп доложился по форме и когда были соблюдены все формальности прихода, нами был задан главный вопрос: когда и кому мы передаем судно и на какой день назначен наш отлет?

Место, куда мы пришли и в котором предстояло работать будущему экипажу пока еще нашего кораблика, нас ошарашило.

Первое, что бросилось в глаза с утра и от чего стало тоскливо – это высоченная кокосовая пальма, служившая нам вместо кнехта. А за 20-метровой полосой, свободной от растений, стеной стояли джунгли, шумевшие так, что даже грохот наших сигнальных ракет, недавно спасших нам жизнь, просто завяз бы в этой какофонии звуков.

Джунгли не позволяли рассмотреть ничего вокруг, поэтому мы предприняли попытку осмотра близлежащей территории. Обнаруженное свидетельствовало о бурной деятельности колонизаторов в относительно недалеком прошлом. Мы вышли на большой добротный причал со съеденными коррозией трубопроводами подвода топлива и воды для судов.