Отброшенные в Африку

Но самое плохое это то, что почти весь наш экипаж разбежался, а нам вообще-то нужно как можно быстрее уходить. Но сначала предстоит решить, что делать с покойным.

Мне было сказано, что большой босс уже вылетел в Либревиль, и через час его нужно будет забрать в аэропорту. Я остаюсь на пароходе и жду его прибытия.

Из экипажа у нас остался один полупьяный боцман, остальные растворились в толпе, боясь встречаться с полицией – в общем, полная неразбериха и очередной дурдом.

Портовые службы старались подоить нас с помощью всяких инспекций, о которых я раньше и не слышал.

Вот тут-то и пригодился полупьяный боцман. Он истерично вопил, как собака на привязи: «Капитан в госпитале, наверное, заболел, никого нет, а я ничего в этом не соображаю, потому что я –вачман(от английского watchman- сторож) и к тому же плохо себя чувствую от сплошных стрессов, но если вы дадите мне денег на пакет вина, я буду очень вам всем благодарен»

Иногда боцман просто и кратко посылал всех к черту. Услыхав такой ответ с борта судна, проверяющие сразу теряли к нам всякий интерес, потому что какой смысл размахивать всеми этими актами и постановлениями о штрафах перед мордой пьяного сторожа?

Через два часа агент подъехал на своем раздолбанном драндулете, из которого вылез большой босс.

Он сильно осунулся от свалившихся на него проблем. После того, как я подробно рассказал ему обо всем, что случилось за последние сутки, он немного подумал, помычав в своей манере и начал раздавать четкие указания, связанные с вывозом тела на Родину и прочими грустными мероприятиями.

Но тут к нам подошел уже знакомый комиссар полиции, который заплетающимся языком и по большому секрету сообщил, что аэропорт уже закрыли, а основные дороги перегораживают грузовиками. Через сутки могут на неопределенный срок закрыть все границы, так что нам нужно спешить с отходом. Получается, что оформить покойного на вывоз из страны в Европу невозможно, так как отменены все рейсы во Францию.

Босс, который перепроверил информацию по своим каналам, услыхал в телефонной трубке что-то такое, от чего побледнел и выдал нам свое решение: хоронить на кладбище в Либревиле.

Его слова «нужно срочно заканчивать и уходить» подстегивали нас сильнее чем плеть. Агент каким-то образом купил место на кладбище и приличный склеп, после чего мы втроем поехали в морг на последнее опознание и церемонию прощания. Уже по дороге на кладбище, на перекрестке на выезде из города нас остановили для проверки военные.