Цикл иллюстрированных стихотворений по мотивам произведений сэра Артура Конан Дойла

Мы сошлись тогда в одном:

На дежурстве – часовые,

Руки – в близости курка.

Тени были как живые

И пугали иногда.

Первый день был испытаньем,

Стать сильнее помогла

Мысль, возникшая в сознании, –

Нас судьба сюда вела,

В Мир затерянный. И слава

В наш науки точной век

Словно тень не ускользала,

Жизни краток быстрый бег.

Глава 5. «Лагерь в опасности».

Ночь спустилась. В нашем форте

Как маяк костер горел,

Вспоминая о комфорте,

Я давно свой сон смотрел.

Страшный крик поднял на ноги

И пронзил до дрожи плоть,

Быть свидетелем не многим

Приходилось, когда кровь

Пролита была насильно,

В этом звуке все слилось,

Боль страданий непосильных,

Эхо в джунглях разнеслось.

В крике жертвы – взовы к небу,

Господи, скажи, за что

Существо, что жить хотело,

Жизнь свою отдать должно?

Все затихло, но минуты

Тех терзаний по сей час

Не забуду. И как будто

Злобный взгляд смотрел на нас.

Молвил Саммерли: «Я вижу!

Там, в тени, убийца ждет,

Это он стоит недвижно.

Через изгородь махнет -

Нам тогда наступит крышка».

Зверь наш лагерь обошел,

Дышит как! – отсюда слышно.

Вот ко входу подошел.

Рокстон ждать не стал и быстро

Из огня полено взял,

Наш герой сработал чисто -

Факел зверя испугал.

На секунды в круге света

Хищник облик нам явил

И по всем своим приметам

На дракона походил.

– Кто то был, ужасный ящер?

– Плотоядный динозавр.

– Не застал меня он спящим!

– Может, это аллозавр.

И дискуссия открылась.

Мне ж хотелось, поскорей

Чтоб сознательность спустилась

На ученых двух мужей.

О побеге нужно думать,

Путь обратно нам искать

И ученым в пересудах

До поры не потакать.

Образумились. Решили,

Чтоб страну нам изучить

И не обходить все мили -

Нужно карту начертить.

Я решил залезть на гинкго,

Что росло столь высоко.

Будто делаю разминку,

Я взбирался так легко,

Прихватив блокнот с собою,

Чтоб зарисовать плато.

За тропической листвою

Вдруг увидел я лицо.

Я от встречи ужаснулся,

Удержавшись на ветвях,

Чуть на землю не вернулся,

Но подумал о друзьях.

Я – не трус, и неудача -

Слово явно не мое,

Даже сложная задача

Не возьмет себе свое.

Я в упор взглянул, увидев

Бледной кожи цвет и шерсть,

И, меня возненавидев,

Те глаза сказали «месть».