Три кг первого

Я сначала подумала – это с бабушкиной работы, но он тебя спрашивает, деда Проша…

Беломорский оглядел прихожую и зачем-то стал простукивать стену, граничащую с соседней квартирой. Почти под потолком стук оказался звонче, чем в других местах. Прохор надавил пальцами на обои, и они треснули, открывая небольшую нишу в стене. В нише обнаружился тряпичный сверток, размотав который, Прохор извлек самый настоящий маузер.

Антон восхищенно присвистнул:

– Я такие в кино про Гражданскую войну видел!

– Оттуда и есть. Отцовский – у интервентов подрезал.

Идите в комнату я разберусь.

– Прохор Игнатьевич, может, лучше милицию вызвать?

– Малой! Ты чего? Запомни: никогда ничего ни у кого не проси, особенно у тех, кто сильнее тебя. А уж милицию звать мне никак не положено.

Осторожно посмотрев в глазок, Беломорский добавил:

– Морда лица вроде знакомая – может, все не так и плохо…

Засунув пистолет за пояс, Прохор открыл входную дверь.

– О, Скорик! Здорово, бродяга! Ты на хрена этот веник припер – внучку перепугал?

– Прохор! Братва поздравляет тебя с выпиской и соболезнует твоей утрате…

– Заходи!

– Да нет, там внизу машина.

Мы тебе квартиру сняли в центре – там поляна уже накрыта. В силу обстоятельств ресторан не стали заказывать, тем более горе у тебя. Извини, что с поезда не встретили. Много о чем поговорить надо.

– Да что за кипяток-то? Дайте вы хоть в себя прийти, сеструху схоронить и это… социально адаптироваться!

– Поехали. Я все обскажу – ты поймешь, тут такие тучи… Очень вовремя ты вернулся.

Ты прости, но похоронами пусть лучше родня займется. Да, вот. – Игорь положил на телефонную полку тугой конверт. – Я внизу буду ждать.

Прохор обулся, накинул куртку – двадцать три года в шкафу провисела, а как новая, недаром на Канарах купленная, – и позвал молодежь из комнаты.

– Антош, ты сколько там на работе занимать хотел?

– Пятьдесят, а что?

Прохор на глаз разделил пополам банковскую упаковку «хабаровских», обнаруженную в принесенном Игорем конверте, одну половину положил в карман, а вторую передал Антону.

– Держи, глава семьи! Я, как телефоном обзаведусь, позвоню вам. На похоронах увидимся.

– Деда Проша! Куда же ты?

– Прости, Светочка! Надо идти. Держитесь!

Не успел Юрец тронуться с места, как Скориков заметил в глубине двора «пятнашку», которая с выключенными фарами плавно покатилась в их сторону:

– Смотри-ка, эскорт!

– Это гасановские, думаешь? – спросил водитель.

– Нет. Цветные[28 - Цветные (жарг.