Три кг первого

Под спецназовской маской с прорезями для глаз обнаружилось чернобородое лицо, перекошенное гримасой боли или, скорее, возмущения. В мобильном среди контактов Илья обнаружил несколько знакомых имен. Сомнений не оставалось – при жизни любитель камуфлированной формы верно служил авторитетному предпринимателю Умарову, а в свободное от службы время наведывался в женское общежитие к своей усатой зазнобе.

– Как куницу – прямо в глаз положили! – прокомментировал Мальцев. – Чтобы шкурку не попортить?

Одинцов отрицательно покачал головой:

– Видишь, прицел пробит?

– Ну…

– Стреляли четко в линзу прицела.

Знаешь, что это значит?

– Так, ешкин кот, это получается, покойник целился в снайпера, его завалившего? Так? Тут что-то типа снайперской дуэли произошло?

– Вроде того…

– Илюха, – Валера хитро посмотрел на начальника, – антикиллер ведь тут не сам по себе появился?

– Разумеется, – невозмутимо ответил Одинцов. – Пошли лежанку его поищем!

После недолгих поисков опера нашли вековую березу, в кроне которой обнаружился «зауэр», закрепленный на суку плечевым ремнем.

В нескольких метрах от березы нашлась стреляная гильза. Отработавший место происшествия кинолог бодро отрапортовал о том, что собака потеряла след у пролома в бетонном заборе, за которым проходила грунтовая дорога, ведущая к шоссе. Там же у дороги лежали брошенные резиновые перчатки. Пока криминалист возился с гипсовой массой, чтобы залить ее в более или менее пригодный след обуви, обнаруженный недалеко от пролома, в небе громыхнуло, и на землю обрушился потоком веселый майский ливень.

– Это теперь надолго! – задумчиво произнес Илья, подставляя лицо под крупные теплые капли.

Криминалист грязно выругался и вывалил массу в придорожную канаву – какие теперь следы?!

Прокурорские перекочевали вместе с протоколом в свой микроавтобус и оттуда раздавали указания.

Елизаров прибыл на место вместе с типом, похожим на фээсбэшника, и каким-то пуделем из городской администрации.

Разумеется, не обошлось без воплей и установления сроков расследования:

– Сутки тебе, Одинцов! Ты меня понял? Сутки! – взревел полковник, производя должное впечатление на пуделя. Тот вжал голову в плечи и начал делать какие-то отметки в ежедневнике модной, явно не просто позолоченной ручкой.

– Да понял я, Сан Саныч… Сутки так сутки. Давайте я сразу рапорт на пенсию напишу, и гори оно все синим пламени, а? – проворчал Илья.