Вне себя

Захотелось включить музыку или злосчастный телевизор, лишь бы не слышать всей этой пустоты, которая тиканьем часовых стрелок стучала в ушах вместе с кровью и порождала тревогу.

Бабу грузно сидела на диване и что-то изучала в телефоне.

– Баб, как думаешь, мама справится?

– Ясен день. Она всегда была вредной и никому не давалась. А тут какая-то болезнь. Хотя твой отец сделал её слишком слабой и нервной. Если что-то случится – это будет на его совести.

– Бабу!

– Ну что? И нечего его защищать.

Могла же ведь заниматься тем, что нравится. Учиться могла! Закончила школу с медалью. Всегда была такой умной. Хотя какая умница, дура последняя, раз за твоего отца вышла… Такое будущее могла иметь. А теперь что?

– Пожалуйста, давай не будем об этом. Хотя бы не сейчас.

– А про болезнь. – Она всегда переводила тему, если чувствовала, что теряет свою власть. – Знаешь, ведь я всю жизнь болела, но всегда знала, что смогу с этим справиться. У меня сколько операций было! И всё серьёзные диагнозы, а тут так, ерунда.

– Как это ерунда?!

– Ой, по сравнению с моими болячками. Молодёжь эта. Вечная больше ноет, чем на самом деле болеет. Вот мне когда-то даже диагноз поставить не могли. Я лежала месяцами. Меня же хоронить собирались. Так и ничего, выжила.

– Да, я помню про волчанку. Жаль, Доктор Хаус был не настоящий. Он бы оценил. Да и точно поставил бы диагноз.

– Кто?

– Ой, не важно…

– Так вот врачи все эти. Шарлатаны. Я всегда знала лучше всех этих лечил в белых халатах, что смогу выжить.

А твоя мама всё им верит. Вон аж куда поехала лечиться. Лишь бы денег потратить побольше. Здоровье у неё конское, чего бы ей тут сделалось? Ан ничего и не сдалось бы. Тут только настрой на жизнь нужен.

– Думаешь он есть? Иногда мне кажется, что она так несчастна, что может даже не попытаться из этого вылезти. Может она вообще сама себе придумала эту болезнь, чтобы умереть. Я вот про такое читала.

– Ха. Прожить всю жизнь с твоим отцом.

Никто не смог бы остаться счастливым.

– Ну Бабу. Мы столько раз уже ругались на эту тему!

– Сама спросила. Да только если с твоим отцом жить и она вправду несчастная, то точно не очухается.

– Бабу… – крикнула я и почувствовала неладное.

Ох, как зря случился наш разговор. Резко пришла знакомая тошнота, головная боль. После огромный пугающий мир стал расширяться.

А я и забыла, что Бабу ещё не знакома с моей новой стороной.