Мой потерянный рай

 – Наши мастера – лучшие в своём деле! Мы свою миссию выполнили, твоя же задача – не запускать себя! Регулярно коррекция ресниц, бровей и ногтей! Кстати, про ногти – тебя ждёт маникюрша!

– Девочки, спасибо Вам всем, – Юю развела руками, – Гриша меня не узнает!

– Тебя теперь не только Григорий Александрович, тебя теперь мать родная не узнает! – усмехнулась Оксана. – Так, Юстина, садись-ка снова вон в то кресло – перышки мы тебе почистили, надо ещё ногти в порядок привести!

– Новая жизнь – новый облик! – вздохнула Юю и без единого сожаления плюхнулась в кресло.

* * *

Первые часа два после её перевоплощения Юстина провела в каком-то пограничном состоянии между прошлым и будущим. Она никак не могла понять кто она – Юстина Замойская, подозреваемая в убийстве бывшего босса, или же совершенно другая личность, являющаяся послушной марионеткой в руках мужчины, с явной криминальной биографией. Юю сидела в кресле около окна и в тяжких раздумьях потягивала глинтвейн, наблюдая за падающими хлопьями мокрого и тяжёлого снега.

– Другой облик, другая женщина, но кто она? – Юю грустно улыбнулась. – Люди живут своей жизнью, ходят на работу, варят борщи любимым, выгуливают своих лохматых собак, проверяют уроки, укладывают детей спать, а я прячусь от полиции непонятно где и непонятно с кем. Сбежать от самой себя, вот что я всегда хотела сделать! Я спряталась не от Крапивина, я спряталась от безысходной тоски, в которой находилась в последнее время. Не я ли всегда мечтала отрастить новые крылья и улететь в дальние края? Теперь у меня будет новое имя, новая жизнь! И никому ничего я не должна, даже Грише! Накоплю денег и уеду далеко-далеко, туда, где утром ласково нашёптывает слова любви возлюбленное море, туда, где светит яркое палящее солнце, где вьётся виноградная лоза и маслянистые оливки зреют на дивных кустарниках, где по ночам поёт серенады морской прибой, а с чёрного покрывала таинственно улыбается загадочная сообщница луна!

Спохватившись, Юстина замолчала, оглядываясь по сторонам.

– Вот так сходят с ума, уже заговариваюсь!

Юю стало не по себе: почувствовав острое одиночество, ей отчаянно захотелось увидеть Алёну, рассказать всё без утайки, а потом непременно поплакать, уткнувшись носом в её плечо.

– Что же получается, я больше никогда не вернусь в свой дом, не увижу Алёну, своих друзей, раз меня будут считать умершей? – в носу Юстины защипало, из глаз потекли слёзы.