Берестечко: XXI век. Стихи. Том 1

Чтоб форум помнился народам,

Не волновались: «Быть, не быть..»

Решили ленским теплоходом

Учёных на Столбы свозить.

Но вот дела, на толковище

На трёх посланцев нужен гид.

Так выручай меня, дружище,

Плыви, родимый, подсоби..

Не выходя из ресторана,

Я гидом буду, не совру.

Взялись за пойло зело рано,

А позже с песнями в бору.

За пнём японец икемекал,

Коньяк мешая и саке,

Американский друг не мешкал

С бутылкой висковой в руке..

А немец шнапсом не травился,

Лишь «Хайль» выплёвывал порой,

И потому лишь он не спился,

Другие спали под горой.

И мы, как на Днепре и в Курске

Полдня в атаках под «форвест».

Строгали рыбу по-якутски,

«Катюшу» пели без невест.

Без словаря и без валюты

Снесли союзников на борт..

Допили кварту «Абсолюта»,

Спустились трезвые в каюту,

И каждый был собою горд.

Писал один из президентов,

То Эйзенхауэра слова:

«Для исторических моментов

Всех лучше Генрих и Иван..

Тарутько В. С.

капитану 5-ой танковой армии II Украинского фронта

И жест, и звук предельно важен,

Проверь надежно шлемофон.

Наш танк с пятёркой экипажа

С Челябы просится на фронт..

Раскисшей осени на склоне,

Не наломав в дороге дров,

Мы наконец-то в батальоне

Среди танкистов-братанов.

В молчанье стоя помянули

Тех, кто до свадьбы не дожил

На плащ-палатках поуснули

На днищах танков у межи.

Подъём. Внимаем у планшета

И командир даёт приказ

Струится красная ракета,

Сигнал, понятливый для нас.

А танк дрожит и жаждет боя,

Как исполинский полуконь.

Прицел наводчик правит стоя

Под сладкую газойля вонь..

Стрелок-радист живёт командой,

Что даст из башни командир.

У нас не в моде пропаганда,

Устав листали мы до дыр.

Сдержать не в силах фрикционы

И триплекс протирать не раз,

Механик с танковым фасоном

В атаку рвётся, как в экстаз..

Без лишних скидок на субботу,

Привыкнув к гиблости боёв,

Стелилась ромбом наша рота

На вражеский укрепрайон.

Старшой командует по связи:

«Вперед танкисты, будем жить!..»

Спаси, Господь, от безобразий

У безымянной той межи..

Першит от целеуказаний:

«Фугасным и на «30—0»!.

А слева танк из роты замер,

Очередная наша боль.

Снарядом сбита гусеница,

Но танк сражается, живёт.

Сейчас бы впору похмелиться,

Но нам нельзя, другой завод.

На фрицев навалились скопом,

Танк плющит пушку, пушкарей

Прошлись загзагом по окопам.