Сочиняй как Барток. В чем ценность творческого метода композитора?

Таких людей было много, но особенно я признательна:

кандидату искусствоведения, доценту Государственной консерватории Узбекистана Юлдуз Мирхамидовне Насыровой – за невероятную поддержку в один из самых трудных периодов, за ее гипнотически действующее «Таня, ты сможешь!»;

кандидату искусствоведения, профессору Государственной консерватории Узбекистана Ирине ГеоргиевнеГалущенко – за ее «волшебный пендель», благодаря которому я вновь вернулась к своему исследованию.

Настоящим подарком судьбы стали для меня те, кто не верил, вставлял палки в колеса и делал мою жизнь невыносимой.

Во многом благодаря им я научилась верить в себя, преодолевать препятствия и добиваться поставленных целей.

И особо хочется поблагодарить наших замечательных композиторов. В свое время все они доверили мне для исследования самое дорогое, что у них есть – свои прекрасные сочинения. До сих пор с теплотой вспоминаю наши встречи с каждым из них, наши удивительные разговоры о музыке и творческом процессе.

Увы, уже нет с нами Тулкуна Умаровича Курбанова и Лейлы Муждабаевой.

К счастью, продолжают творить Феликс Маркович Янов-Яновский, Рустам Абдуллаевич Абдуллаев, Хабибулла Рахимович Рахимов, Дмитрий Янов-Яновский и Полина Медюлянова. И это самое важное. Потому что все преходяще, а Музыка вечна.

От автора

Бела Барток – величайшая фигура музыкального искусства ХХ столетия, один из немногих художников, указавших пути выхода из кризисной ситуации в искусстве на рубеже веков.

Важнейшим источником обновления и вдохновения, давшим жизнь практически всем сторонам музыкального языка в его творчестве, стал фольклор разных народов.

В сравнении с некоторыми композиторами, для которых обращение к фольклору было явлением преходящим, Барток не прекращал научной и творческой работы над народной музыкой на протяжении всей своей жизни. Видимо, эта многолетняя привязанность Бартока к фольклору вызвала снисходительно-пренебрежительные слова И. Стравинского [141, 696] :

«Я никогда не мог бы разделить его продолжающейся всю жизнь любви к венгерскому фольклору.

Это увлечение, разумеется, было искренним и трогательным, но мне оно казалось необъяснимым для столь крупного музыканта».

Жизнь показала, что результаты творческой деятельности Бартока, плоды его любви к фольклору, опровергли эту точку зрения. Ведь истинно национальным может стать только тот художник, творчество которого хранит память о культуре своего народа.