Карантин для родственников

Но был выслан отцом из Новосибирска в районную Сосновку, к бабушке Клаве. Та пичкала своего Андрюнчика пирожками да пирожными. Вечером отзванивалась дочери Галине, давая отчет, как у дитяти день прошел. И только когда баба Клава заголосила, что внучек каждый день полторашкой пива балуется, а ее посылает куда подальше, опять вмешался отец. В политологи просунуть сына не смог, но в сельхозколледж учителем истории – получилось. В этом колледже Андрей познакомился с Никой. Мать была далеко, бабушка подслеповата, потому и сладилось.

***

При первой встрече с Никой у Галины Филипповны заныл зуб: « Высокая. Смазливая. Волосы светло-каштановые ухоженные. Родинка как мушка над верхней губой. Фигуристая, ишь в брючках попа какая… Зубы белые, но щель впереди, пусть небольшая, все равно изъян. Подумаешь, в шахматы играет. Согласилась на ничью с Дмитриевичем. Кобель старый, специально маху дал. Мне, мол, эта зеленоглазая нравится. Андрюха, женись! Пора!..»

А когда выяснилась материальная сторона, от злости задергался глаз.

Как-то Ника, уже родив Олечку, задала свекрови вопрос:

– За что вы меня так не любите?

–А за что тебя любить?! – брызгая слюной, Галина выплеснула накопившееся:

–Ты же к нам, в семью, обманом! Ты что о своей родне пела, а? Предприниматели! Мы-то думали: породнимся с приличными людьми. А на деле что?! Они, оказывается, предпринимают попытку выжить! Что взяли на базе, то и продали. Чаем да кофе торгуют! Предприниматели курам на смех. А мать твоя куда там – поэтесса! Книжки пишет, хоть бы одну продала, дарит всем.

Мы в вашу семью все! А твои ни копейки! Нашли отговорку: еще есть сын, доучивать надо. Если б знала, что за родня, не допустила бы – костьми легла! Да что теперь говорить…

***

– Ах ты, гадина, охмурила моего мальчика, втерлась в семью, а теперь так с нами поступать?! – Галина ехала в злополучную квартиру. Голова раскалывалась, холодели руки, вновь заныл зуб.

… – Мама! Она мне вчера по телефону сказала, что подумает и, может, простит! – Андрей метался по квартире.

Заглядывал в опустевшую детскую: ни кроваток, ни шкафов. Взгляд скользил по совсем недавно наклеенным обоям. Со стен на Андрея смотрели смеющиеся буратины, озабоченные папы карлы.

– Говорила: у родителей нет денег. Я надеялся, да и отец говорил, что она в ту нищету больше не ткнется! Мать, да они вещи забрали, значит, насовсем?! Значит, не блефовала!

Присев на диван, он опять срывался с места, быстро мерил шагами зал, спальню.