Неандертальца ищу. Роман-идиот. Первая часть

Именно под ней были прорыты рукотворные жилища-пещеры, где обитало то, почти незнакомое для Зуба и его сородичей племя…

***

…Хлебников – может быть, неосознанно, – один из первых обнаружил Разлом между Чёрной и Белой костью в русском народе. Разошлись две тектонические плиты под Русью и, почему-то, снова сошлись. Столкнулись намертво: Чёрная и Белая кость…

***

У грузин был обычай – ребёнка из княжеской семьи отдавали на воспитание в крестьянскую, а крестьянского в княжескую. В итоге белая и чёрная кость у грузин не столь трагически, как в России, разнородны.

Грузины народ небольшой, это понятно, там «верхи» легче поймут «низ». И наоборот.

В огромной же России до самой Революции вековечное чванство, отвращение бар к простонародью так и не было преодолено. Пресловутое «освобождение» Александра Второго только усугубило положение и приблизило к развязке. Некрасов тогда ещё, сразу после реформы, писал:

«Распалась цепь великая,

Распалась и ударила…

Одним концом по барину,

Другой по мужику…»

В итоге – массовый люмпен-пролетариат, хлынувший из безземельных деревень в города, а как следствие – Великая Октябрьская Социалистическая Революция.

***

…но, не могущи сойтись стык в стык, две гигантские тектонические плиты – Чёрная и Белая кость одного народа – долгие века уродовали, деформировали друг друга. И всё-таки, почему-то сошлись, столкнулись где-то в подпочвенных глубинах. И – выдавили – сами из себя выдавили чёрную кровь камня. Может быть, именно её теперь называют Мумиё?

«Мумиё» это, образно говоря, – русская Интеллигенция, смазка между белым и чёрным народом.

Глупо её судить приземлённо, позиция её более страдательная – в самом уже изначальном предназначении понимать всех, стараться примирить всё и вся, а значит принимать на себя все удары, побои, насмешки…

Даже высоколобая книга «Вехи» кажется ныне глупостью. Интеллигенция в ней предстаёт унтер-офицерской вдовой из гоголевского «Ревизора», той самой, которая сама себя высекла. Россия вообще опасная страна, боятся её… не зря боятся! Хотя и нет интриги при выборах, кто наследный принц или правопреемник – всегда известно, какая уж тут интрига? Скукота до зевоты.

Тут пострашнее дела творятся: то грозит всему миру Твердыня, а то выпорет себя публично – миру же на посмешище. Вот как при распаде своём, ни с того, ни с сего, в Беловежье… а потом в дрожащем ГКЧП.

И обплачешься, и обхохочешься. Вот те и все вехи… печальные, смешные, никем не понятые по сути вехи.