Неандертальца ищу. Роман-идиот. Первая часть

Самое удивительное, матёрые волки не смеются, но – утешают юношу! Вероятно, чуть ли не каждый из них когда-то пережил нечто подобное, просто память об этом угасла, и та «потеря» давно не кажется им потерей. А здесь – кровоточащая рана в юношеской душе. И они жалеют её, бессмертную душу, ибо она уже отдалилась от чистого юноши, сошла в смертные сени.

Может быть, и здесь – осознание потери, как потери бессмертия?

А потом уже Есенин подхватит «О, моя утраченная свежесть, буйство глаз и половодье чувств!.

.» И Есенин подхватит, и товарищи подпоют – может быть, не осознавая даже, о чём великий поэт прорыдал?

Это литература. В ней многое преувеличено. Ну а ежели всё это тысячекратно усилить и наложить на состояние человека (героя Набокова) тысячекратно осознавшего ужас истины, ужас утраты бессмертия вместе с утратой священного, бессмертного семени?

Или – с предчувствием неизбежной утраты его, как в рассказе Бредбери?

***

Бессемянность Христа…

***

Зачем, почему бездетны и бессемянны великие – Христос, Сократ?.

.

Ветхий Завет увещевал: «Плодитесь и размножайтесь», размножайтесь все, без разбора на чистых и нечистых. Это древнее увещевание в полноте звучало, кажется, лишь до полного грехопадения человеков, до гендерного и прочего содомского развращения. А в Новом Завете – лишь простые души, невинные дети – залог провиденциального Спасения…

***

Да ведь и Хлебников по сути ребёнок, не расплескавший семени попусту (распложение, деградация и бесконечное уменьшение Адама в верховном контексте), и он, ребёнок – великаний пример сказанного: «Будьте как дети, ибо их есть Царствие Небесное…»

***

«…а может, гений потому и гений,

Что чарам чужд соитий, средостений

Души в давильне плоти и тоски?

Он Свет, а не послед, стопою бренной

В мирах не наследит он, по вселенной

Шаги его прозрачны и легки…»

(Из того же опуса Великого)

***

Разгадка рассказа Набокова и в Евангелии кроется.

Надо бы подробней, но тут, пожалуй, богослов более вооружён. Во всяком случае, мне это понятно. Надеюсь, будет и читателям тоже. Не полные же дураки… не все, конечно, дураки…

***

Зуб заострённой палочкой, слегка подпалённой над огнём, выковырял остатки мяса изо рта, молча махнул рукой Капельке, продолжавшей тараторить и веткой уже показывавшей на земле, какие узоры она нарисовала на той злосчастной Считальной Скале. Зуб коротко рыкнул на неё.