Небылицы

Парни почтительно расступались, когда он выполнял коронный номер – танцуя, проходил зал из конца в конец; девчонки хохотали, некоторые насмешливо, потешаясь над великовозрастным танцором, но многие кокетливо – особенно те, кто уже побывал в гостях. Кирпич наслаждался эйфорией, которую дарил ему клуб; если бы не глупые и жалкие естественные потребности вроде еды, сна и сортира, он бы проводил так вечность – ритмичные движения, смех, сверканье светомузыки, вспышки стробоскопа, хриплые звуки из стареньких колонок, шум и…

– Петя! Петя! Кирпич! – голос выдернул из экстаза и швырнул в дурно пахнущую реальность деревенского клуба.

 – Там твоего друга бьют!

– Чё? – набычился Петя, ещё не осознав до конца смысл слов, оглушённый музыкой и собственным великолепием.

– Друга твоего бьют! – лицо произносившего это парня было смутно знакомо. Чей-то внук? Бабки Мани?

– Бьют? Олега? Игоря? – наконец дошло до Кирпича. – Где?

– На улице! – прокричал вероятный бабманин потомок. – Ну, или собираются!

– Разойдись! – взревел Петя, расталкивая окружающих широкими плечами, и выскочил наружу.

Компания из десятка человек обступила Игоря, который пытался говорить что-то о контакте. Олега нигде не было видно. Кажется, пока никого не били, но тон разговоров был агрессивным и не предвещал ничего хорошего.

– Чё происходит, черти? – заорал Петя так, что услышали, наверное, на другом берегу реки. – Вы чё творите?

– Петя! Остынь! – старший, Васёк, повернулся к Кирпичу.

 – Давай без драк!

– Ты чё базаришь, пацан? – наседал Петя. – Я не вижу что ли, что вы хотели кореша моего тут замесить?

– Да он первый начал! – Васёк, хоть и в окружении прихвостней, откровенно трусил Кирпича, зная его суровый нрав. – Да он к моей девке…

– Я отрицаю! – вмешался Игорь подрагивающим, но твёрдым голосом. – Несмотря на внешнее сходство, наша физиология различна. Да и женские особи вашей расы не являются для нас привлекательными.

– Во, видишь, – вновь набычился Васёк, – он мою Люду стрёмной назвал!

– Кто кого стрёмным назвал, олух? – расхохотался Петя.

 – Ты что-нибудь за контакт можешь сказать? А за Глубокий Космос? Он может, ясно! Ты вообще что-то шаришь в Четвёртой Группе Внешних Взаимодействий? Сечёшь, что это такое? Галактический масштаб для тебя пустой звук? Или тебе пояснить за межзвёздное расстояние? А?

– Ладно, Петя, ладно, – Васёк, сражённый большим количеством новых слов, отступил, подняв ладони.