Жнец и слеза Смерти

Впереди длинная дорога, ведущая в Медель, местами превратившаяся в мелкую реку из-за луж.

Покрепче затянув веревки с косами, я побежал, используя свою силу. Быстрыми скачками, я исчезал и появлялся на самом большом расстоянии, на которое только мог переместиться. Кустарники, росшие на обочине дороги, стали казаться сплошным зеленым пятном, на лицо полетели брызги, на зубах заскрипела грязь. В одной луже в сапоги зачерпнулась вода, но это меня не остановило, я продолжал бежать, смотря только вперед.

Солнце достигло середины неба – полдень. Я бежал около двух часов без остановки, но все еще не догнал ведьму, но хуже всего я потерял след напарника. Как будто кто-то спрятал его от меня заклятьем.

Растерявшись, я споткнулся, улетел в лужу и потерял сапог. Когда поднялся, с лица стекли грязные струйки воды. Я смахнул остатки грязи с лица и сел на обочину одевать потерянный сапог.

Тут мое внимание привлекла знакомая треуголка, лежащая на дороге. В грязи я заметил свежие следы повозки, ведущие в лес.

Не раздумывая, я побежал по свежему следу.

Я хотел, чтобы Кристина была там же, куда увезли Фила, а не в Меделе в замке графини.

Следы привели меня к потемневшему от старости деревянному дому, окруженному высокими елями. Я спрятался за одним из толстых стволов дерева и внимательней стал осматривать двор.

Под покосившимися окнами была оставлена телега с запряженной в нее лошадью. В телеге стояла клетка из прутьев, закрепленная веревками.

В ней сидел Филипп, он был связан веревкой по рукам и ногам. Его взгляд был устремлен сторону дома, он наблюдал за открытой дверью или пытался что-то рассмотреть в темном проеме. Меня он не заметил, а я решил пока не привлекать его внимания, продолжая осматриваться. Чуть дальше телеги стоял новый сарай.

Из дома вышла девушка невысокого роста, одетая в темно-синее платье с пышной юбкой и множеством оборок на длинных рукавах, поверх платья она накинула пурпурную накидку и застегнула на брошь в виде золотого паука, на сколько я помнил, паук считался гербом семьи Витори.

Она повернулась, так, что я смог разглядеть ее лицо и меня поразил ее правый глаз. Он пылал, как пылают глаза жнеца.

За девушкой, спиной вперед, вышел тощий мужчина. Он бросил в дверной проем стеклянный сосуд и тот разлетелся на мелкие осколки. Потом повернулся лицом к своей спутнице, что-то сказал и похлопал по сумке, которая висела на его плече.