Шаг в окно

Я уже могла оглядываться на девчонок из своей группы, наблюдать за нашим тренером, не только бессловесно восхищаться мастерством Натальи, но и подмечать, как она делает трюки на верхнем уровне пилона, почти касаясь головой потолка.

Наша тренер не только «трюкачила», а именно, что танцевала. Трюки и крутки были вишенками на торте, но сам торт – это чудесное соединение в единую безупречную и гармоничную композицию.

Большинство учениц, в том числе и я были еще очень и очень далеки от танца. Максимум, на что мы могли быть способны – это повторить за Натальей один из простеньких трюков.

Мне никак не давался вис головой вниз. Уж я и так, и эдак, правая рука туда, левая нога здесь, корпус вдоль пилона. Смотрю, как тренер это делает. Смотрю, сморщив лоб, путаясь в ее ногах и руках. Вот Наталья незаметно глазу молниеносно забирается словно пожарный на средний уровень пилона. Гладкая металлическая труба вертится вокруг своей оси, окончательно запутывая меня: где – право, где – лево.

Наталья скрещивает голые ноги, зажимая пилон, и откидывается всем своим гибким корпусом вниз головой. Руки свободно раскинуты в разные стороны, распущенные волосы свисают до нижнего уровня пилона, лукавые глаза и улыбка.

Тут я перевожу взгляд снова на ноги и… Боже мой! Почему никто не видит? Ау? Ноги, и вправду, скрестились вокруг пилона, плотно, но зазор между металлом и нежной кожей бедер с добрую ладонь! Как это понимать? Как такое возможно? Я вытаращила глаза, а в ответ у Натальи только ямочки на щеках от улыбки.

Поэтому, после занятия я сижу на длинной лавке напротив тренера. Она сидит на такой же лавке передо мной и озабоченно просматривает сообщения на своем мобильном. Наконец, она почувствовала мой взгляд:

– Что? – с ее лица исчезла привычная улыбка. Я поразилась, насколько, оказывается, у нее может быть тяжелый взгляд.

– Хочу кое-что спросить у тебя. Только ты не думай, я не сумасшедшая. И зрение у меня отличное…

– И? – от угрозы в голосе Натальи мне стало неуютно.

Где ее жизнерадостность и легкость? Это, что? Маска? Глаза из прозрачных голубых стали почти черными, непроницаемыми. Мы с нею одни в этом полуподвальном помещении, вокруг тишина и полумрак. Все ушли.

На вешалках позади скамьи, где сидит Наталья висят соблазнительные сценические костюмы. В них танцуют возле пилона или по-другому – возле шеста девчонки, с которыми Наташа занимается индивидуально.