Отто

Несмотря на то, что в городе М. подобного и так было предостаточно, братья Фот решили, что их центр будет непохожим на всё остальное. Пространство должно быть открыто для бесплатного посещения. Захотел человек, допустим, йогой заниматься, здесь тебе йога и платить за неё не нужно, просто приходи, отдыхай, просвещайся, просветляйся. Решил пройти путь Кастанеды, здесь ты найдёшь мексиканского индейца и, если не будешь особо распространяться об учении, поучаствуешь в пейотной церемонии. Окупаться всё это должно было через продажи неведомых лекарств из трав, растущих только в Гималаях, секретной передачи из уст в уста таинственных практик, и самое главное – тут же собирались открыть бургерную, где каждая котлета готовилась бы под шёпот мантр монахов из таинственного монастыря в Непале.

Ешь и приобщайся к вечности, одним словом.

Понятно, что братья Фот просто хотели открыть фастфуд, а вся история с «медитативным пространством» – мишура для привлечения, но Цапкину мысль понравилась, тем более, что у него в собственности был старый советский двухпалубный теплоход, пришвартованный напротив центрального парка культуры и отдыха, который и взяли у него в аренду братья Фот для открытия фастфуда.

Теплоход давно уже был не на ходу, и на нижней палубе располагался грузинский ресторан, практически не приносивший прибыли. Лучшее место сложно было придумать, и дело двинулось. Теперь братья Фот хотели получить какую-то услугу от Цапкина, и услуга эта была связана с Отто.

Оказывается, об Отто стало уже известно в кругах, приближенных к Цапкину.

Если честно, я почувствовал укол ревности: я почему-то думал, что в историю нашего найдёныша посвящены только я и Думкина. Не знаю, на чём именно держалась такая моя уверенность. Наверное, это связано с тем, что любой человек бесконечно верит в собственную исключительность, не имея на то должных оснований. На самом деле об Отто уже много кто знал, но нужно отметить, что знали не историю его появления, а о его невероятных способностях или, как говорил Цапкин, о его гениальности.

Я всегда опасался этих слов – «гениальность» или просто «гений». Должна же быть какая-то мера, какой-то эталон гениальности, чтобы причислять кого-либо к гениям? И где взять этот эталон? Нельзя же взять за пример, допустим, Гёте, а гением называть математика. Или наоборот. А много было гениев, которые таковыми оставались в любых ипостасях? Я не припомню. Может, только наше всё – Леонардо, но что-то мне подсказывает, что там больше домыслов, чем фактов.