Вторник. №11, август 2020. Толстый, зависимый от дня недели и погоды, литературно-художественный журнал

И любовь, зародившаяся на весеннем вернисаже в галерее Церетели, по осени увяла, словно измечтавшаяся о влаге и забытая на подоконнике герань. Теперь Юрий Кириллович лишь случайно мог лицезреть свою бывшую пассию в отвратительных и унизительных, по его мнению, гламурных телешоу.

Вероятно, благодаря этому мельканию на телевизоре и, несомненно, новым более перспективным эротическим связям, её и пригласили преподавать в Гнесинское музучилище. В связи с этим мастер и вспомнил о своей Маргарите. Долго искал её телефон, пока не сообразил, что после разрыва уничтожил все контакты.

Слава богу, удалось выяснить её новый мобильник у оставшихся общих друзей.

– Рита, здравствуй… – начал он несмело.

– О-о, чей там голос из могилы? – сразу узнала его Маргарита. – Чем обязана, сударь?

– Как ты понимаешь, я звоню по делу. По серьёзному делу…

– Да как не понимать, иначе и быть не может. До сих пор тебя не интересовало, как я живу, точнее, чем живу, как выживаю. Как же это всё несерьёзно. А вот сейчас у тебя вдруг серьёзное дело подвернулось.

И понятно: я же теперь декан, профессор…

– Послушай, Маргарита, – перебил знакомку Юрий Кириллович. – Надо помочь одному талантливому молодому человеку. Очень талантливому!

– Понимаю. Иначе мир лишится нового Паваротти! – с наигранным пафосом поддержала мастера Маргарита.

– Рита, я серьёзно. Решился вот тебя побеспокоить. Кабы пустяк…

– Вот то-то и оно, Юра, что это не пустяк. И я по блату никого к родному училищу на пушечный выстрел не подпущу.

– Почему же по блату? Я же говорю о настоящем таланте. Просто самородок!..

– Ну и не плачь, Юрик, пробьётся…

– Твоего же Петрушу я в Суриковское устроил.

– У меня сынуля всегда блистал талантами. Он в отца. А твой этот молодой человек в кого? Или ты, Юрик, уже на мальчиков переключился? Возраст сказывается или следуешь современным европейским веяньям?

– Ох, и дура же ты! – сорвался Юрий Кириллович. – Непробиваемая дура!

– Успокойся, милый, – самодовольно рассмеялась Маргарита.

 – Дура дурой, однако, как в том анекдоте про мартышку, деканство и профессорское звание имею. Это, Юрик, я для тебя вдруг дурой стала, а для других очень даже умная и, главное, вполне ещё сексуальная. Ну, для тех, конечно, кто на мальчиков не западает.

– Дура! Вульгарная, пошлая дура!

Она расхохоталась и отключила мобильник.

Господи, как же по-иезуитски мстительна бывает женщина по отношению к отвернувшемуся от неё мужчине.