ИГЛЫ – ИГРЫ

Разобрал Нью – Йорк по,

Километру!

Горби, задушил бы ка щенка,

Голыми руками в колыбели.

Чтоб его поганые дела,

В будущем значения не имели.

Виндзоров развесил по столбам, как,

Протухшую селёдку в день получки.

Всяких там, политиков, в Бедлам,

Пока Мир не довели до ручки.

Ой, и натворил бы я делов,

Господи, прости за откровение!

Жаль, что, «кроме мата – нету слов».

И почти закончилось терпенье!

06.03.2018 03.16

***

Трактат о жизни насекомых, написан был, увы, не мной,

И среди всех своих знакомых, прослыл совсем ни как Playboy.

Да что там глянец, даже в меди, не разбираюсь ни хрена.

Извечно «капают» соседи, на мозг. И дворником был послан на…

За то, что взял, да сжёг газеты, в почтовом ящике дотла. Порой,

Бесчинствуют поэты. И это – Не моя вина! Когда я вижу буква,

В букву, как вырастает из дерьма. Из гнуси. Из макулатуры. Ком,

Не приличного вранья. Про наше прошлое, про город, в котором,

Столько прожил я. Спалить не то что бы бумагу, Рейхстаг, поджечь,

Согласен я.

Настолько сильно травит ядом, меня, газетная строка.

11.03.2018 0.37

ЭКСПРОМТ XIII

Пепел – это только то, что в пути, сразу после тёплых дождей.

Господи, скажи, как мне быть, я давно устал от людей?

Потому, и жгу корабли если соловей не поёт. Потому,

Вокруг так тепло, потому и плавится лёд. Сидя на краю,

Января, трубку раскурю от углей, и у проходящего дня, попрошу:

«Грамм сто мне налей». Потому, что дальше невмочь, дальше,

Круторогий Февраль, а за ним столетняя ночь, а я, всё ищу свой Грааль.

Верую, он скрыт где-то здесь, в подземельях, в горном Крыму. Только мне, Никак без огня, и не подойти одному. Рядом нужен кто-то ещё. Кто-то, кто, способен понять: Что такое, время вообще?

И как повернуть его вспять?

Но, вокруг совсем никого. С башни лишь, кричат сторожа, проклиная, Ветер Борей, рвущий из песка якоря…

14.03.2018 06:18 – 14:33

ПОСЛЕДНЕЕ ПУТЕШЕСТВИЕ

Говорят, я умер вчера? Так вот нет, вы в это не верьте.

Просто я, ускользнул туда, где свет жизни, и нету смерти.

Алюминиевый перестук, невесом, лечу пневмопочтой, по трубе,

Как стрела, чей натянутый лук, вдруг внезапно утратил прочность.

Во вселенский калейдоскоп брошен чей-то рукой всемогущей.

Осознанье, того, что гроб, только дверь, не в Райские кущи, и не,

В дикий подземный Ад, населённый литературой, а всего лишь,

Вместилище для, чуть больше двухсот костей и убогой мускулатуры.