Аквариум

Он был небрит, бородат, в нечесаных темных волосах застряли клочья овечьей шерсти. Но лицо было благостным, светлым. Безрукавка и рубаха темнели жирным соком неженок и тетерок, но Санси, похоже, было наплевать на свой вид.

– Санси, – сказал Гриб, – у тебя же две жены.

– Ага, – подтвердил фермер.

– Чего ж они не следят за тобой?

– А дуры.

– Так научи их, – сказал Гриб.

– Они ж Зыбь, чего их учить? – удивился Санси, распрямляясь. – Ты в свои холмы для чего ходишь? Зыбь учить?

Гриб вздохнул.

– Нет.

– Во-от. Но я не поэтому, Гриб. Не нужный это разговор. Вредный. Ты куда идешь?

– К Эппилю.

Санси улыбнулся.

– А мы собираемся завтра. Придешь?

– В смысле?

– Бдение ночное. Отец Зепотр очень на тебя надеется.

– Я ж уснул в прошлый раз.

– Это тогда, – Санси положил ладонь на плечо Гриба. – Сейчас другое. Новая молитва, ясные слова.

– Не ответит, – сказал Гриб.

Ласковые, добрые глаза фермера полыхнули яростью. Лицо его раздуло гримасой.

– Ты за языком следи, Гриб! – прошипел он.

 – Сам не веришь – молчи. Не привноси. Тебе ж лучше будет.

Санси тряхнул рукав Грибовой куртки, словно намереваясь его оторвать.

– Молчу.

– Да.

Мгновение Санси смотрел под ноги, потом вздрогнул, сморщился на долю секунды и опять стал добродушным, доброжелательным фермером-заводчиком овец.

– Завтра, в ночь, мы хором читаем новые молитвы. Время завтра особое, отец Зепотр уверен, что должен быть ответ.

– Какой?

– Голос, – сказал Санси, разглаживая Грибу захватанный рукав.

 – Чем больше людей хором читают молитву, тем явственней проявление Его. Ты не знал?

– Нет, – сказал Гриб. – Что-то было?

Санси улыбнулся.

– Приходи, увидишь.

– В монастырь?

– Ага, там читаем.

– Я подумаю, – сказал Гриб. – Мне сначала к Эппилю сходить надо.

– А что у него? – спросил Санси. – Я что-то не слышал ничего. Помяни меня, он уж весть от Бога получит в последнюю очередь.

– Палец у него.

– Чего?

– Палец. С неба. Овцу раздавил.

Санси наклонил голову.

Космы закрыли ему один глаз.

– Ты, Гриб, с ума сошел?

Гриб пожал плечами.

– Мне Канчак рассказал. Он, как ты знаешь, всех с утра обходит. Или мимо тебя прошел?

– Так спал я с ночи-то. С бдения. Может он и стучал, да я женам наказал, чтоб не будили. Я с ними строго…

– Значит, не видел ничего?

– Не может у него быть палец, – уверенно сказал Санси. – Не верит он. В Зыби насиделся, она ему весь мозг и выела. Теперь мерещится всякое.