Восьмая нота

Нет, он не вызывает жалости, да и на нищего тоже не похож. Но что он тут делает? С таким талантом и артистической внешностью его легко можно представить на сцене играющим в какой-нибудь группе. Но трудно вообразить, что этот человек в какой-то период своей жизни был миллионером и очень известным музыкантом.

* * *

В небольшой старой квартире раздался звонок мобильного телефона. Долговязый парень поспешно поднял трубку.

– Дорэ?ми, привет! У меня к тебе дело… Тут у нас гастроли на носу с Анной Пападопу?лу, а её клавишник ушёл в другую команду.

Ну… ему там пообещали больше платить… – с налёта начал говорить музыкальный руководитель, приятель молодого музыканта.

– Да, Леонид! Привет! – успел вставить Дорэмис.

– Ну, в общем, выручай!

– Но я ведь…

– А! Знаю, знаю! Ты работаешь и не можешь. Понимаю! Но у нас работа постоянно, и платят хорошо!

– Как я уйду? Ведь ты понимаешь…

– Понимаю. Жду тебя в шесть у меня дома. Там всё и обсудим. Давай, до встречи!

Дорэмис положил трубку и сел на неубранную кровать.

Он начал нервно притоптывать ногой. «Что же мне делать?» Часы показывали пять дня. Станция метро была в нескольких минутах ходьбы от его дома. До Леонида ему ехать две остановки. Он, как и Дорэмис, жил в центре Афин. Времени для принятия решения было мало. Молодой музыкант играл в муниципальном оркестре, но денег, которые он получал, ему не хватало. Он серьёзно задумывался о том, чтобы стать преподавателем фортепиано, но тогда его творческая натура перестала бы развиваться, а ему так нравилось выступать! Он грезил о концертах на большой сцене, о музыке, которую сам будет писать.

Леонид был старым товарищем Дорэмиса с музыкального училища, с отделения бас-гитары. Всегда юркий и общительный, он выбрал другой путь и работал по ночам в бузуки (греческие ночные заведения с живой музыкой, с множеством певцов, где посетители в основном пьют виски. Открывается такое заведение около одиннадцати вечера и закрывается под утро). Леонид, в отличие от своего товарища, хорошо зарабатывал и был известен в музыкальных ночных кругах.

Он не раз предлагал Дорэмису присоединиться, зная его как порядочного человека и приличного музыканта.

Однажды Дорэмис решил пойти в бузуки к своему приятелю и посмотреть, что его ждёт, если он в какой-то момент своей жизни выберет ночную работу. Он был крайне удивлён, когда услышал, как громко там звучала музыка, которая показалась ему примитивной. «Да уж, это тебе не классика!» – думал он, поцеживая виски.