Лагеря и этапы

Постепенно лагерь приходил в упадок и очереди начали пропадать, особенно – после волейбола. Уже никто не ругался, если мы затевали стирку или просто торчали там битый час.

Глава вечерняя.

Сказки на ночь.

Про мои отношения с темнотой

Когда с водными процедурами было покончено, включали фильмы уже для взрослых. Если не было фильмов, мы устраивали чаепития. Каждый тащил, что у него было, или что разрешали взять родители, и выкладывал на общий стол. Мы рассказывали друг другу страшные истории.

Или слушали рассказы М., что было нашим самым любимым занятием. Не знаю, сколько из них было правдой, а сколько – выдумкой, но чаще всего даже самые страшные истории были веселыми и легкими. Постепенно посиделки перетекли в игротеку, к ним добавилась игра в покер, тоже быстро ставшая традицией. Правда, спустя какое-то время играть в него становилось все скучнее, и мы снова перебрались за стол на улице, болтали, дожидаясь играющих, а потом шли гулять по ночному лесу.

В первый раз мне было страшно до усрачки.

Слово неподобающее, но со всей полнотой описывает мои ощущения. С темнотой у меня вообще отношения были напряженные. Тем более что перед этим мы зачастую смотрели фильмы ужасов, и тогда я даже в темный коридор не заходила одна. Всегда просила кого-нибудь проводить меня прямо до комнаты, а после будила маму, чтобы она закрыла дверь.

Один раз, еще будучи маленькой, я осталась ночевать у девочки, чьи родители не то уехали в город по делам, не то с друзьями на шашлыки.

Изначально план был – веселее не придумаешь. Красить друг другу ногти, делать прически, читать журналы, которых мы притащили из библиотеки целую кипу. Все было хорошо ровно до первого похода в туалет. Мало того, что туалет – это название символическое, до него еще и идти приходилось чуть ли не через весь лагерь. И если в первый раз мы героически выбрались из комнаты с фонариком и добежали до кустов неподалеку, то во все остальные разы я категорически отказывалась покидать наше пристанище. Нам пришлось соорудить себе ночной горшок. В дело пошло трехлитровое ведро из-под майонеза. Ночевка была испорчена. Нас очень скоро начало клонить в сон, в комнате стало душно, журналы казались скучными, мы надулись газировки, и ведро переполнялось слишком быстро. Запах стоял тлетворный, а шторы пришлось завесить так плотно, что не осталось ни единой щелочки, потому что мне все время казалось, что за окном кто-то стоит.