Где цветет чистодуш?

Но вот стебелек травы отчего-то вздрогнул, и похожая блеском на ртуть капелька упала. Была – нет. Пропала. А мысль? И она тоже: зародится нежданно-негаданно и тут же исчезает. Назад, снова, если не успеешь сделать о ней заметочку, уже не оживишь. У каждого за годы жизни нарождается и умирает их бесчисленное множество. Философски глубокие, легковесные, что мякина, светлые, темные, злые… Останутся на сите более крупные и, как желуди, ядреные. Но с “мукой” через мелкие ячейки могут проваливаться и золотом сверкающие бисеринки.

Надо и об этом помнить.

Потому с почтением, с великой благодарностью отношусь к собирателям слов-мыслей. Они находили и клали свои находки в красивый и несказанно ценный туесок. Его, этот туесок, кто-то из мудрейших назвал Книгой.

Рубим не сук, а…

Сильнее многих-многих Рим рухнул от трех бед: разбои-грабежи покоренных народов, лень и мотовство, аморальность знати.

Зачем, казалось бы, поднимать толстый слой пыли ушедших веков? Что это даст? Зачем, какой толк – оживлять мертвые времена?

Надо.

И вот почему.

Эта пыль – компас. Стрелка его показывает, каким настанет завтрашний день обитателей Земли. Неужели позорно-гадкие дела правителей Рима не урок и для нешних? В те сквозь густой туман видимые годы распадались и возникали государства, страны, исчезали и рождались народы. А теперь? Теперь перед угрозой разрушения стоит земная цивилизация.

Интересы, устремления человека – поесть, поспать и плодиться – за истекшие тысячелетия почти не изменились.

Никак не насытится! Никак не может себе сказать: всё, хватит! Вот беда человека, и эта беда ведет его к погибели. Свои животные потребности удовлетворяет из, как оказалось, несметных запасов кладовых Солнца. Выдаивает природу, которую, не слыша голоса сердца, успел уже назвать окружающей средой. Выдаивает, не задумываясь о завтрашнем дне. Потому и висящий над нами, над всем человечеством, топор опускается с каждым днем всё ниже и ниже.

Мы, дети Земли, рубим сегодня уже не сук, на котором сидим, а питающие всё дерево корни.

Красная книга

Раздвигая ветви, пробираюсь я чуть примятой, петляющей меж кустов стежкой. Шуршит-нашептывает под ногами старая прошлогодняя листва. Ступаю и не расстаюсь с мыслью: еще шаг – и под моим каблуком оборвется чья-то невинная жизнь – паучка или росточка лесной травы.