Иероглúфы. Сборник стихов

Конь его вдруг чутким ухом

Уловил протяжный плач,

Остановился, встрепенулся,

И пустился к замку вскачь.

Вырвал меч из ножен рыцарь

И воронье снёс гнездо,

А потом ворота в щепки

Конь разбил, вскочил в окно.

Проклиная злобных бестий,

Рыцарь рубит всё вокруг;

Нетопырь расправил крылья,

Только вдруг… пропел петух!

А на замковой стене

Ворон уж не вьёт гнездо,

А за замковой стеной

Не гуляет больше Зло:

Ведьмы, оборотни, черти,

Все из самых разных стран,

Похоронены в том склепе,

И рассеялся туман.

Белый рыцарь, славный воин,

Спас принцессу эльфов Лану.

Он на ней женился вскоре

И построил новый замок.

В этом замке правит счастье,

Гнёзда вьют гол?бки в нём.

Это правда, а не сказка —

Я там был и видел всё!

Полнолуние

Над тихим городом нависла ночь,

И облака бегут от города прочь.

Над спящим городом взошла луна,

И кое-кому в эту ночь не до сна.

Полнолуние – бродит кровь:

В спящем городе – ночь волков.

И спасенья от них нет,

Полнолуние – явь иль бред?

Подкрадутся из-за угла,

И вопьются в чьи-то тела.

Полузвери, полу – нет,

Полулюди, явь иль бред?

Над тихим городом нависла ночь,

И облака бегут от города прочь.

Над мёртвым городом погасла луна,

Здесь словно ночь погулял Сатана.

Запахи

Вечер дремлет над бульваром,

Ч?дный вечер, тёмно-синий.

По бульвару ходят пары,

Пахнет в воздухе полынью.

Звуки медленного танца

Оплетают паутиной.

На пруд? два иностранца,

А от пр?да пахнет тиной.

К аромату тинной вони,

К горькой терпкости полыни,

Запах трупного зловонья

Приплетается незримо.

Курят с фильтром иностранцы

Сигареты на пруд?,

В ритме медленного танца

Разлагаясь на ходу.

На щеках их нет румянца,

Кости сыпятся в траву.

Курят молча иностранцы

Сигареты на пруд?.

Вот истлеют иностранцы,

И только запах табака

Расскажет нам, что в ритме танца,

Они гуляли у пруда.

Но вновь наступит вечер синий,

И повторится, как всегда,

И горький аромат полыни,

И иностранцы у пруда.

Старый король

Жил-был старый король,

А при нём жил-был шут.

Шут любил короля всею душой,

Но, как всякий шут,

Он был глуп.

Шут твердил королю

О предательстве вельмож.

Но, как всякий король, мой король

Шута не принимал всерьёз,

И за это заплатил головой.

Шут слишком свободные речи вёл,

Его невзлюбил король.