Золотой медальон

Снег залепил окна, и в доме стало темно и холодно.

Коза Милка подошла к окну, стала передними копытцами на подоконник и тревожно заблеяла.

– Да – да, ты совершенно права, – сказала тётушка Амалия, – Надо снова разжечь камин, на улице слишком холодно. К тому же, сегодня Рождество, и наши друзья гномы обязательно придут к нам в гости, а слушать сказки лучше всего у горящего камина.

Она зажгла свечи в старом медном подсвечнике. Желтые приветливые огоньки уютно осветили стол, на котором стояло большое блюдо со свежим печеньем.

Но тут тётушка Амалия обнаружила, что дрова у камина закончились. Она нашла большой старый фонарь, зажгла его, взяла в руки и открыла дверь, чтобы сходить за дровами. Ветер как будто бы ждал этого момента и рванул дверь с такой силой, что едва не сорвал её с петель.

Он проник в избушку, и метался по ней, срывая с места всё, что мог поднять. В воздухе порхали одеяла, скатерти, и сорванные с окон и дверей занавески. Покружившись по дому, они вылетали на улицу, словно огромные белые птицы.

По полу со звоном прыгала посуда. Плетеное кресло – качалка, в котором тётушка Амалия любила сидеть у камина и смотреть на пылающий в нём огонь, кувыркалось по избушке, как живое. А перепуганная Милка забилась в угол и громко блеяла от страха.

Тётушка Амалия не улетела вслед за своими вещами только благодаря тому, что крепко держалась за дверную ручку. Уронив фонарь, она обеими руками тянула дверь на себя, пытаясь закрыть, но ветер раскачивал её так, словно хотел оторвать вместе со стеной.

Она уже теряла последние силы и была готова сдаться на милость бури, но тут подоспели гномы. Один из них крепко обхватил её двумя руками, остальные выстроились за ним в цепочку, держась друг за друга. Общими усилиями им удалось победить ветер и закрыть дверь на засов.

– Спасибо вам, дорогие друзья, – сказала тётушка Амалия, немного придя в себя, – если бы не вы, я наверняка погибла бы от стужи где – нибудь в лесу. Такой бури я не видела за всю мою долгую жизнь.

Вы только посмотрите, что творится в моём доме!…

Везде царил полный разгром. Вся мебель была перевёрнута, посуда разбита. Скатерти и занавески, вышитые тётушкой Амалией долгими зимними вечерами, унёс ветер. Цветочные горшки перебиты, а её любимые герани, смятые и поломанные, валялись на полу.

– Ах, какое горе, – причитала тётушка Амалия, – ничего мне не жаль так, как мои чудесные герани. Ведь они круглый год радовали меня своими яркими цветами.