Запоздалые цветы. Непридуманные истории

Его аналитический ум, отбросив всё лишнее, однозначно выхватил из вороха всего ненужного единственный аргумент. И этот аргумент назывался любовью. Нежданной, нерастраченной, свалившейся, как свежий снег на непокрытую голову, любовью. Кофе давно вскипел и небольшими коричневатыми струйками медленно стекал на газовую горелку. А Кирилл Петрович продолжал мучительное дифференцирование своих воспалённых мыслей, пока не пришёл к непреклонному выводу, что чувства, которые пришли к нему сегодня, он никогда ранее не испытывал.

Засыпая новую порцию кофе в полуобгоревшую джезву, Кирилл Петрович понял, что к нему, к великовозрастному мужчине, безвозвратно подкатывающемуся к полувековому юбилею, пришла любовь, которую можно смело классифицировать как первую.

– Кирилл Петрович, – послышался из спальной комнаты мелодичный голосок Наташи, – куда вы пропали и бросили меня на произвол судьбы.

– Милая моя, сдаётся мне, что я тебя не бросил, а наоборот приобрёл и, кажется, на всю оставшуюся жизнь, – едва слышно прошептал Кирилл Петрович.

Однако, оторопевшая и мгновенно побледневшая, Наташа, чётко расслышав каждое его слово, на затянувшемся полувздохе промолвила:

– Желанный и любимый мой, Кирилл Петрович, я уверена, что у вас было немало женщин, но никто и никогда не любил и не будет любить вас так пылко и самозабвенно, как я. Доверьтесь мне, пожалуйста, и мы будем с вами счастливы.

У Кирилла Петровича перехватило дыхание от избытка, нереализованной в своё время, нежности.

Едва справившись с собой, он снова впал в какую-то экспрессивную прострацию, увидев распростёртые к нему руки полностью обнажённой Наташи. Он крепко прижал, обмякшую и купающуюся в его объятиях, белокурую фею к себе и нарочито беспечным тоном произнёс:

– Вот и договорились, милая. А сейчас, марш в постель, куда через несколько секунд будет доставлен утренний кофе. И вот ещё что, с этого момента – мы взаимно влюблённая пара, поэтому немедленно переходим на ты.

Я для тебя – уже немолодой Ромео, которого зовут просто Кирилл. Ну а в служебной обстановке, я – твой начальник, Кирилл Петрович.

Перед тем как слиться в долгом и затяжном поцелуе, Наташа всё-таки успела промолвить, обнажая свои лингвистические познания, фразу, которую Кирилл Петрович запомнит надолго:

– Любимый мой, Кириллик! Да будет тебе известно, что твоё имя, в переводе с греческого, означает господин или повелитель.