Винтаж и рисунки на тему любви. «Ты так хотел, как я боялась. Интим. Безвиз. Ревю», «Сварщик и сольфеджио. Эротическая драма с элементами продакт-плейсмента»

Лицо его во время секса становилось отрешенным и злым, и, едва закончив свое дело, он быстро одергивал юбку на Оле, а потом неторопливо застегивал свои брюки, шептал что-то типа «хорошо, молодец» (при это, Оля не была уверена к кому или к чему обращено это его «молодец»), и, берясь за трубку телефона, удовлетворенно кивал ей на дверь.

Оля быстро приводила себя в порядок и выходила из кабинета.

«Оказывается, можно и так, – думала она, садясь за свой стол, – главное – не ждать, что тебе дадут больше, чем ты рассчитывала».

Иногда их занятия сексом прерывал «важный» звонок, и тогда Дмитрий Николаевич находил занятие для ее рук и губ, брал трубку и нарочито равнодушным голосом говорил по телефону. Случалось и так, что после разговора ему было уже не до нее.

Если им приходилось оставаться в офисе вдвоем после рабочего дня, на Дмитрия Николаевича после секса нападала болтливость. После того, как Оля (уже почти профессионально) выполняла свою «работу», он, как будто ничего не было, начинал рассуждать о текущих делах, о планах, о предстоящей поездке в Болгарию, о том, как ему нравится Оля и как ему с ней повезло.

Часто случалось так, что у Дмитрия Николаевича не было времени приглашать ее в кабинет в течение дня, и тогда он в краткие промежутки между деловыми встречами, выходил из кабинета и… не замечал ее вообще. Оля понимала, что это тоже – одно из правил игры. Он мог прикрикнуть на нее, сделать резкое замечание – одним словом делал все точно также, как до их сближения.

Однажды он спросил:

– Ты сейчас живешь еще с кем-то, кроме меня?

– Ну что ты! – Удивилась Оля. Наедине она говорила с ним на «ты».

– Только не сочиняй, пожалуйста. Знай, я – не против.

– Да?

– Лишь бы это нам не мешало. Подрастешь, кое-чему научишься, выдадим тебя замуж.

Оля скривилась.

– А ты что будешь тогда делать?

– Буду искать другую. А, впрочем, твой муж нам помехой не будет. Будешь зарабатывать хорошо. А чем ты тут занимаешься в рабочее время, его не коснется.

– Ты уверен?

– А ты себе умного мужа выбирай. Чтобы не брал дурного в голову. Чтобы не ревновал. Ты уже многому научилась. Да и тебе самой это нравится. Я же вижу.

– Да?

– Конечно! Это же всегда видно, когда женщине нравится, а когда она повинность отбывает.

«Ох, какие мы самоуверенные и самовлюбленные», – подумала Оля, но вслух сказала:

– И что тебе видно?

– Видно, что я тебе нравлюсь. Что ты всегда готова прийти ко мне.