Маленькие трагедии. Сборник

Это была память, что убийство человека не просто убийство добычи – здесь есть ещё что-то.

Волк остановился в момент, когда эта память уравновесила стремление к добыче. Он стоял, вытянув вперёд передние лапы и подогнув сильнее, чем в спокойном состоянии, задние. В нём боролось стремление идти к человеку и бежать от него.

Он стоял так не меньше четверти часа. Потом медленно сделал несколько шагов вперёд и снова встал. Потом пробежал ещё немного и снова остановился. Мучающее его напряжение достигло максимума.

Он мотнул головой и тонким голосом коротко выкнул. Он часто переступал ногами и интенсивно махал хвостом из стороны в сторону.

Наконец он резко оттолкнулся от земли и приземлился на передние лапы, причём на правую на мгновение раньше, чем на левую. Задние ноги в этот момент были гораздо выше головы. Пока его передние лапы, сгибаясь в коленях, амортизировали удар, задняя часть тела мягким, но стремительным движением опустилась на уже согнутые задние. И в тот же момент передние лапы с необычайной резкостью выпрямились, и тело, опирающееся теперь только на задние, стало словно удлиняться в направлении вверх так, что в последний момент движения, произошедшего от толчка передних лап, оно встало почти вертикально и оказалось высотой примерно с десятилетнего человека.

В следующий момент от земли оторвались задние лапы, и волк, двигаясь по красивой кривой линии, перелетел через высокий куст и приземлился на поляне.

На противоположном краю поляны лежал человек.

Было очень тихо. Пели птицы. Жужжали пчёлы. Шумели деревья.

Человек был обнажён, лишь на поясе у него были связаны лапками две заячьи шкуры. Он лежал на спине, раскинув руки. Пальцы левой руки были согнуты. Причём мизинец был согнут так сильно, что упирался своей подушечкой в ладонь, безымянный – чуть меньше, средний – ещё меньше, а указательный и большой были почти выпрямлены. Голова его была повёрнута вправо. У него были длинные, цвета коры сосны на середине её ствола, волосы.

Под кистью правой руки лежало копьё.

Волк водил носом над поверхностью кожи левой руки человека, не касаясь её, но очень близко. Запах человеческого тела был тошнотворно силён.

Волк не умел ничего делать со спящим человеком. Если бы человек стоял или, к примеру, бежал, он бы прыгнул ему на плечи сзади, перекусил бы сонную артерию и разрушил шейные позвонки. Но что делать со спящим человеком – у волка не было инстинкта, который бы на это указал.