От сумы и от тюрьмы не зарекайся

Нет, он не считает себя несчастливым, просто до боли хотел бы, чтобы вернулось всё былое. Главное юность и все вытекающие из этого. А пока он берёт от жизни всё, что она даёт ему. Вон его Алина старается сделать всё, чтобы он был счастлив. И он заряжается от этой девочки, словно от батарейки энерджайзер.

Ведь говорят же с кем поведёшься, от того наберёшься. Вот он и набирается молодой энергии. Жаль только, деток у него нет, а, ведь могли бы быть уже взрослые. Вон у Ивана сыну его уже перевалило за двадцать и у него могли бы быть ровесники ему.

А, может и старше. Но, что делать. Значит, не дано ему свыше ещё такого счастья, быть отцом. Кто – то же распоряжается их судьбами. Ведь жизнь человеческая, это же не просто так. А, если это так, то выше головы не прыгнешь, как говорит народная мудрость.

Всему свой срок. Ну да, ещё же не вечер. Какие его годы. Ещё и у него будет праздник на улице, он твёрдо верит в это. Здоровье бы не подвело, а так, что уж тут. Деньги есть, ума много не надо, теперь так чаще говорят.

Да оно и получается так без сомнения. Деньги есть, ума не надо, даже, если ты и вправду того. С приветом. Но, как – то сумел заработать капитал. И он в отличном настроении вернулся домой со своей лесопилки, где его ждала ненаглядная краса, молодая супруга. Что бы, и как бы там ни было, а жизнь продолжалась. И не плохо.

То же, что случилось вскорости, а именно двадцать второго декабря, перевернуло жизнь Петра с ног на голову. В два часа ночи, а ночи в декабре, это же самая темень, полыхнула его лесопилка и сгорела, словно спичка.

Метель в эту ночь поднялась такая, что света белого не видать было.

В трубах завывало так, что казалось, не одна стая голодных волков собралась в округе, чтобы наброситься на всё живое и утолить голод, набив свою ненасытную утробу. Вот, наверное, под этот вой, да после сладких объятий его ненаглядной, он сам спал крепким сном. И из соседей никто и ничего не слышал. Да и видеть в такую пургу, что увидишь.

Ни тебе следов, ни зацепок. Пурга всё сравняла, застелив всё сплошной целиной.

Видно горело не слабо, раз, даже метель не могла загасить огонь. На месте пожара остались не совсем догоревшие остовы стен. Ну, ещё кое, какие детали. Видно, всё же под конец, когда основное здание сгорело, напор огня ослаб и снег всё – таки поспособствовал, и затушил пожар. Всюду валялись, лишь металлические части от распиловочных машин. Да и то, теперь не пригодные ни к чему.