Вишнёвые стихи

Я знаю, что была не лучшей и не первой.

Но, боже, я хочу быть на всю жизнь.

Право, не знаю, как пойдёт жизнь дальше,

Оставаться страшно здесь, сейчас – цунами,

Рядом проносится весь хлам из фальши.

А нежность всё также светится меж нами.

Меж нами есть галактика и тот же космос,

Миллиарды самых долгих-долгих световых,

Рекламы, стереотипы, что преподносит «Cosmo»,

С подачи окружения, старших и иногда чужих.

Знаешь, что именно теперь всё чётко вижу,

И если нужно задуматься над чем, то над —

Какие мы сейчас.

Ты высчитал все наши системы координат.

Я чувствую себя твоей, почти до дрожи,

До боли где-то глубже сердца иль души,

Хочу быть разной, собой и на тебя похожей,

Чтоб ты любил меня, так сильно, mon mari,

Чтоб ты уверовал, понял, что я тебе родная,

По духу, не по крови. К счастью иль к беде,

Что я сошла с ума, когда тебя с ума свела я.

Вела судьба нас мелкими шажочками к мечте.

Что красной нитью, как в поговорке старой,

Как в притчах, что от коварной не уйдёшь,

Мы шли смеясь и плача неустанно.

Поезд шёл по рельсам, где вовсе не пройдёшь.

И самолеты все мои взлетали с ям/болот,

Трясиной поросли и мхом затянуты луга,

Вот шах и мат, вот наш последний ход.

Так полетели же? Но, видно, полечу одна.

Ванильно

Раньше ночи были чуть короче, а дни светлее,

Ты любил меня, не то чтобы очень, но чуть теплее.

Вся нежность была во взгляде, прикосновенье губ,

Когда нужно, ты был мягок, когда можно – груб.

Боялись банальностей, «заинькой» не могли назвать,

Но и море затихает, и у нас теперь тишь и гладь.

Никаких тебе бурь, накала, перемен и ревности,

Хотя всего лишь раз клялись друг другу в верности.

И верь мне, стих не о расставании, не о боли, о другом,

Он о том, как нежность переполняет твой дом,

Мой сон прерываешь ты поцелуем, уходя рано.

«Отдыхай, милая». Разве было так? Боже, мама

Права была, когда говорила: «Не было у тебя других!

Нельзя сравнивать прозу и стих, и забудь о них».

С тобой я чистый лист, ты краски возьми ярче

И обжигай дыханьем, чтоб становилось жарче.

Чтоб становилась покладистой, уверенной, ручной,

Не только опорой стал, каменной, так сказать, стеной,

А вдохновением, верой в лучшее, стремленьем вверх,

Ведь главное, что ты мой, что нам теперь до всех?

И не переставай дурачиться, ты ведь мил.