Исцеляющие рассказы

С детства не люблю все эти «стихи на стульчике». Я – повар, а не шоумен. Волна какого-то странного возмущения поднималась во мне. А после я признался сам себе, что просто смущён таким количеством внимания к своей персоне, и даже не знаю, как себя вести в такой ситуации.

Я люблю то, что я делаю. Никогда не задумывался о том, нравится ли мне открывать рестораны? Просто люблю процесс приготовления пищи. Для меня это творчество, это как создание картины для художника или нотной партии для композитора, только мои шедевры зреют в сотейнике.

А до того момента – в моей душе.

Многие скептически относятся к понятию «мужчина в фартуке». Так меня однажды назвал приятель, с которым учились в школе. За этим словосочетанием я услышал только стереотипы. Даже не «приклеил» на себя. И рассуждать не хотел на тему: мужик в поле, а женщина у плиты… Можно находиться где и в чем угодно, важно, кем ты при этом истинно являешься.

Я обожал процесс приготовления еды с самого детства. Сначала, как очарованный наблюдатель, когда смотрел за бабушкой.

Она творила. Создавала каждое блюдо. Мы много болтали, и когда она готовила, называла меня «моя вкусность».

Сейчас вспоминаю, что она никогда не говорила ни о чем плохом, не повышала голос и не злословила, когда готовила. Для неё зайти на кухню было подобно посещению храма. Там важно быть с Богом.

В целом ее образ всегда был таким. Добрым и скромным. Она превращала все, к чему прикасалась, в удивительные сокровища. Я всегда вспоминаю ее, как главную волшебницу в моей жизни.

Ведь истина в том, что человек живет в волшебном мире, если сам верит в чудо, открыт новому и не боится идти вперёд, он способен творить чудеса.

Тёплые семейные вечера с бабушкой на кухне, но так было не всегда… Родители с детства очень много работали. Частые командировки, производственные задачи и разговоры о них даже за семейным столом.

У папы были проблемы с желудком и лишний вес. Для него процесс приема пищи – это всего лишь «набить живот», тогда как для мамы, наоборот, это сплошные ограничители, нарушая которые, точно будет плохо.

Поэтому она всегда сидела на диетах.

Я не видел, что они наслаждаются пищей, также как, впрочем, и жизнью. Они словно бежали всегда, уставшие и изнеможённые, пытаясь на финише получить важный кубок, который подтвердит, что они действительно достойны этой награды и все это было не зря.

Финиш, к несчастью, не заставил себя ждать. Я был совсем ребёнком, а они ещё так молоды… Одна из командировок стала последней.