Майские страсти

Алине стало известно, что после монолога брата о тюрьме начались взаимные комплименты, что было лишь увертюрой.

Один и самый важный момент Оксана передала в точности. Вот что она ясно расслышала:

Андрей: Тебя изуродовали. Тебя убили.

Роман: Да-да, точно убили.

Андрей: Прости их.

Роман: Да-да, простить и забыть. Всё это правильно.

Андрей: Покалечили.

Роман: Покалечили.

Тут Искупников стал страстно, с азартом злости, присущим изуродованным натурам, поддакивать Андрею и восторженно, с криками, бил кулаком по полу в эйфории от того, что его покалечили.

Затем начались сомнения. Роман не знал, продолжать ли разговор, потому что был уверен в подлости жены. Оксана рассказывала Алине, как муж убеждал Андрея в том, что она подслушивала.

Преодолев замешательство, Искупников начал говорить Андрею о жалости к нему. Оксана не слышала всё, что произносилось, но в красочных выражениях поведала Алине о своих догадках.

Потом начался спектакль. Оксана встала перед Алиной и подражая то мужу, то Андрею, стала играть удивительную роль…

Всё, что она передала, являлось правдой без всяких утаек, но с мелочными прибавлениями,– самая мерзкая правда из всех существующих.

Было рассказано о взаимных слезах, дружеских объятиях, тёплых выражениях. Например, таких: «Ты мой бедный», «Как же ты страдаешь», «Как же мы страдаем», «Как же они страдают», «Как же нам быть», «Мы обязательно победим»…

В конце спектакля Алина уже не поднимала глаза, как будто не пережила пожар совести. Тогда она в полной ясности знала, что ей надо было делать.

В какой-то момент Алине стало неинтересно и даже не противно слушать Оксану. Та это заметила и сникла. Чем закончился разговор Искупникова с Андреем, Оксана не сказала.

Слухов об этом появилось много. Кое кому Оксана расскзала, что после того вечера Искупников, проспав десять часов и проснувшись в отвратительном расположении духа, долго чертыхался, грубо обозвал жену и, выругав сына, порвал все его школьные тетради.

Глава 4. Странная концовка вечеринки

– Я не догадываюсь, о чём именно тебе известно, но мой разговор с Искупниковым шёл не о тебе и не о твоих интересах,– мягко сказал Андрей, после того, как Алина его попрекнула беседой с братом.

– В нём не было ничего, что могло бы тебя так взволновать.

Искупникова взяла со стола бокал и едва не бросила его на пол, но вовремя остановилась:

– Как же мне всё это вытерпеть? Ты не понимаешь. Не важно, о чём вы говорили. Хорошо, что хоть не обо мне.