Человек без смысла

2

Все они лгали, когда говорили мне слова поддержки, но их ложь была сладкой, как ложка сгущенки. Они брали банки этого вкусного чуда и опрокидывали на мою голову в знак понимания того, что я чувствую. Они думали, я решаю примеры по математике дома перед телевизором и смеюсь как бешеный от тупых шуток, разворачивающихся на телеэкране, даже не предполагая, что телевизора в моем доме никогда не было, а моими единственными примерами были Курт Кобейн, Маяковский, Есенин.

Я научился кричать, не открывая рот.

Непрекращающийся крик, обладающий свойствами приватности и недоступности даже для самого искусного наблюдателя. Крик, не покидающий меня во время еды, беспорядочного секса и чистки зубов по утрам. Крик, подталкивающий меня по ночам выбрасывать подушки из окна своей комнаты в надежде, что они упадут на людей и заставят их осознать все свое притворство.

– Вы не умеете радоваться жизни, вы не знаете, кто вы, – кричал я из окна. Потом занавес снова опускался, и я вновь оказывался в темной башне, только спать теперь было не на чем.

Так было всегда. Я приходил домой после учебы, садился к батарее и думал. Затем меня резко охватывали приступы паники, я бился головой об стену, но продолжал думать. Мысли проникали во все отделы моей черепной коробки, не оставляя места для радости. С утра до вечера я сидел на полу либо своей комнаты, либо школьного коридора, когда убегал с уроков. Изредка хватало смелости постучаться в кабинет психолога, но именно в эти моменты чудесного врача, ассоциируемого с призрачным лучом надежды, не было на месте.

Сейчас я умру, мне так плохо, сейчас я умру.

Разве никто этого не замечает?

Замечали. Эти сказочники твердили мне, что я должен попить чаю и все пройдет. Но всякий раз, доставая из упаковки пакетик заварки, опуская его в кружку и выдавливая из него остатки, мне казалось, что выдавливаюсь я сам, как нежелательный прыщ на лице вселенной. В отражении чая я не видел ничего, ни себя в настоящем, ни себя в будущем.

Пора заканчивать с философствованиями. Расслабляюсь в кровати, вижу перед собой разные картинки: пикантные и не очень. Раньше комиксы рисовали, что на… Я, кстати, ел сегодня макароны, а потом вспомнил, что мне их нельзя. Вы тоже иногда прерываете половой акт на середине, а потом сидите и грустите?

Я полетел, полетел, полетел. Как птичка.