От шрама до шарма. Стихи

Терапия

Не относитесь так серьёзно.

Здесь нет серьёзного. Слова

хотели быть таблеткой просто,

чтоб не болела голова.

А кто пришёл искусства ради,

ошибся адресом, – но я

уже сама ошибкам рада,

лекарство новое ища…

Ангелы умирают, взрослея

Три, не три – без нас сотрётся,

да и снова нарастёт.

Человек – чужак для солнца

и для ночи – идиот,

слишком умничать привыкший

на осколках детских грёз.

Прячьтесь, детки: взрослый вышел

мир воспитывать всерьёз.

Полёт

Если так долго

лететь в бесконечность

вечным падением

вниз,

то вероятно,

и даже конечно,

падать

научишься

ввысь…

Вместо кровати

Моих экспансий упрямый почерк

блефует нежно – и тихо так

рисует мордочку в уголочке.

Пускай мяукает. Добрый знак…

Уж все отмаялись, откричались

и отпустили друг друга спать.

А мы с тобою свои печали

не отпускаем.

гостеприимная. Зимней ночью

я столько света рисую в ней,

что дрессирую нахальный почерк

хотя б при свечке мечтать скромней.

Снег ли?

Снегу мало зимы. Снегу мало себя.

Снегу имя своё слишком тесно.

На земле все размеры равняются «Я».

Где вместился твой взгляд, там и место.

Если снег – человек, поменявший формат,

но по-прежнему эгоистичен,

то и снег – только звук.

Всё вокруг – эвфемизмы двуличий.

М.О.Л.Ч.И

Молчи во мне!.. У Храма Тишины

так мало душ осталось для молчанья,

что я нарочно горло истончаю,

процеживаясь каплями грудных

кормлений…  В первобытности младенца —

история беременной меня,

носимой Тем, Кто, деток хороня,

придумал мир святейших слов коммерций.

Я так устала голос убивать

внутри себя – родиться в ком-то тихом.

Спаси меня от голых сцен шумихи,

привыкшей стыд искусством называть.

Художник рисует Художника

Нарисованный дом продержался недолго.

Нарисованный дождь был гораздо сильней.

Два фантома сошлись на фантомной дороге

и не знали, что оба —

в  р е а л ь н о й  войне.

Нарисованный мир разбивался в смартфонах,

а Художник искал оправданье себе

в том, что кем-то был тоже – на раз – нарисован.