Минимум багажа

Как догадалась?

– У тебя была такая безуминка в глазах, когда ты об азоте говорил. Всегда видно, когда человек говорит о том, что любит.

– Тебя как зовут?

– Аля.

– Это Алина?

– Нет, это Александра. Но мне не нравится «Саша», поэтому я Аля.

Официантка принесла огромную тарелку, занявшую все пространство стола между ними, и еще два бокала пива. На тарелке лежали всех мыслимых форм и видов колбасы, колбаски, сосиски и прочие мясные штучки, для которых у Али совсем не нашлось названия.

– Только не говори, что ты веган, – молодой человек подхватил на вилку длинную колбаску и откусил половину.

– На вегана можно и обидеться, – Аля поймала кусок местной салями и отправила его прямиком в рот. Остро, но вкусно.

– Ты так и не спросишь, как меня зовут?

Аля с преувеличенным интересом уставилась в тарелку, выбирая, что бы попробовать следом.

– Сашко, – представился Алин собеседник, не дожидаясь вопроса. – Мы… это… не помню слово. Одинаковые!

– Тезки.

– Тезки!

Сашко поднял в воздух бокал с пивом, и Але пришлось чокнуться.

Она начала второй бокал. Пиво было таким холодным, что от стакана сводило пальцы.

– Cheers!

– Cheers!

* * *

– Секса у нас не будет, да? – голос Сашко из-за двери.

Испугала мальчика.

– Ты как вообще? Все нормально? Можно я зайду?

– Подожди снаружи! Все ОК. У тебя йод есть? Или какой-нибудь спирт?

– Открой зеркало – там за зеркалом шкафчик, на второй полке снизу афтершейв. Нашла?

– Да, спасибо.

– Ты точно ОК?

– Ага.

Аля посмотрела на свое всклокоченное отражение. Окей-окей. Вдох-выдох. Спокойно. Губы распухли – конечно, целовались в такси всю дорогу, продолжили уже на кровати, продолжили, правда, не очень удачно. Левый Алин сосок покраснел и, кажется, почти начал кровоточить.

Вообще, идея проколоть сосок была совершенно спонтанной. Более того, любые телесные модификации воспринимались Алей без особого восторга – конечно, кроме с детства проколотых двух дырок в ушах, – тут у нее вопросов не возникало.

У нее никогда не было желания сделать тату – она боялась, что выберет какую-нибудь ерунду, которая через пару лет ей надоест, и придется долго, болезненно, да и не факт, что успешно, сводить картинку.

Когда-то на послешкольном кружке по танцам в ее группе была девочка – красивая, тонкая блондинка, дочка кого-то ужасно богатого – яростный, полыхающий изнутри трудный (а бывают они вообще легкими?) подросток.