Сквозь черное стекло

 – Да!

Он вдруг бросил ее на кровать, слышен был в темноте только его рык, хриплое дыхание, словно и вправду это был огромный сильный зверь, схвативший свою добычу, какую-то мелкую живность, и она билась под ним, обреченно вскрикивая дурным, срывающимся голосом, от ужаса близкой и неизбежной гибели.

Вдруг всё стихло и совсем рядом, близко от себя, она увидела его закатившееся полубезумные глаза, скошенный судорогой рот и слюну, стекающую по подбородку. Глаза его медленно вернулись в свои орбиты, и он посмотрел на нее в упор, зрачки в зрачки.

СЦЕНА 27. НОМЕР ОТЕЛЯ В ГЕРМАНИИ. УТРО. ОСЕНЬ.

В гостиной светло. Михаил Александрович выходит из душа, подходит к бару, наливает себе в стакан воды, принимает какую-то таблетку.

– Настя, вставай! Пора идти завтракать.

Неожиданно он настораживается. Из спальни, сквозь неплотно прикрытую дверь доносятся глухие всхлипывания.

Михаил Александрович направляется туда.

СЦЕНА 28. НОМЕР ОТЕЛЯ В ГЕРМАНИИ. УТРО.

Настя сидит у столика трюмо, перед ней открытый молитвослов, стоит иконка.

– Что такое? – Михаил Александрович подходит к ней, берет ее за плечо, но она отворачивается.

– Да что с тобой? Что случилось? – теряет терпение Михаил Александрович.

– Плохо мне. Не знаю. Нехорошо как-то. на душе.

– Что нехорошо?

– Будто я занималась… чем-то плохим ночью… стыдным…

– Это же секс. Просто секс. Все этим занимаются. Что тут такого?

– Но я же чувствую, что стыдно так. Душа чувствует.

Михаил Александрович долго молчит, словно думая, что ответить Насте на это странное признание.

– Пошли завтракать, – наконец говорит он тихо и сухо.

СЦЕНА 29. РЕСТОРАН ОТЕЛЯ В ГЕРМАНИИ. УТРО. ОСЕНЬ.

Михаил Александрович и Настя завтракают в ресторане отеля.

– Да, вот что, по поводу наших планов, – он чуть понизил голос. – Сегодня, после обеда летим в Россию, на Север, в мои владения. Освоишься там. А дней через десять сыграем две свадьбы. Одну в Белодонске, другую в Москве.

– Две свадьбы? – опешила Настя. – Зачем это?

– Ну, в Белодонске, потому что ты оттуда. Там про тебя, небось, легенды уже рассказывают. Как же, Золушка из Белодонска! А в Москве – ну, это обязательно. Бомонд, фейерверк, звезды мировой эстрады, чиновники всякие. Конечно, дворец, увитый живыми цветами, как же без этого, желательны еще фонтаны, с вином или шампанским.

– Вы шутите? Зачем все это?

– Затем.