Аргиш

И ощущение было, что ночью не спал совсем.

На часах – начало седьмого. Нет… восемь часов пролежать, без сна – это не реально. Значит, только кажется, что не спал.

Встать, что ли?

Промозгло, сыро, серо.

Возился с костром. Не хотел разгораться, медлил. Пламя нехотя съедало тоненькие веточки, но за большие приниматься не спешило.

Из палатки вылез Виталик. Потянулся. Огляделся. Присвистнул.

– Ну… и где твоё обещанное солнце?

– Ты бы хоть поздоровался с утра. Не учили?

– Учить-то учили… Андрюха спит ещё?

– Нет.

– А что у нас на завтрак?

– Что приготовишь, то и будет.

– Злой ты какой-то, Колька, с утра. Нет в тебе чуткости и ласковости. Вот представь, просыпаюсь я, выхожу в этот безрадостный мир, а ты меня встречаешь лучезарной улыбкой и чашечкой кофе – маленькая такая чашечка, блюдечко белое… Представляешь? И этот серый мир озарится солнечным светом твоей улыбки, и будет восхитительно пахнуть кофе.

– Иди уже, трепло! Манку будем варить.

– Может, Вадима разбудить?

– Виталик! Ты достал! Пусть парень поспит.

Андрей вернулся, когда они уже позавтракали.

Виталик возился со спиннингом, любовно посматривая на коробочку c блёснами. Колька с Вадимом свёртывали палатку.

– Почему такой хмурый? Там каша под ватником. Ну что? Лодки надуваем? – Виталик рассёк спиннингом воздух – аж свистнуло. – Рыбы вам наловлю! Это не каша манная.

– Погоди, Виталик. Не гоношись.

Андрей уселся на тюк с лодкой, поставил на колени котелок. Не спеша черпал ложкой. Молчал. Его не дёргали. Притихли. Ждали, что скажет.

– Значит, так… Ничем я вас порадовать не могу, – начал Андрей, прихлёбывая чай из кружки. – Только пока не перебивайте. Давайте я всё расскажу, а потом будем обсуждать и орать друг на друга.

Сейчас… самое главное…

Это не то место, не та речка и, вообще, всё не то… И я не представляю, где мы находимся.

– Ни хрена себе! – первым среагировал Колька, рывком сдёргивая капюшон энцефалитки с короткостриженой головы.

– Коля – стоп! Помолчи!

– Блин! Как так могло случиться? – не мог остановиться. Вскочил, вцепился рукой в ворот свитера, оттягивая, словно тот его душит. Невысокий, кряжистый, на месте не стоит, приплясывает от возбуждения. – Это ведь серьёзно! Как не то место? Сдохнем ведь здесь!

– Подожди ты паниковать. – Андрей отставил кружку в сторону, устало провёл ладонью по лицу.