Мороженое из муравьев

Но однажды, уже за границей, один пожилой итальянский фотограф все-таки растопил мое сердце. Мы познакомились на фотосессии, куда я пришла брать интервью у модели.

Фотограф, делавший снимки для итальянского «Вога», в перерыве вдруг стал фотографировать меня. Он ходил за мной без всяких объяснений и молча щелкал камерой. Выглядел он очень солидно – кудри с проседью, массивные очки. Чем-то он напоминал моего дедушку, и потому вызывал доверие.

– Мария, белла, – подошел он в следующем перерыве, – Я хочу сделать фотосессию с вами отдельно, для моего проекта.

Вы обещаете мне позвонить в Милан? – и протянул визитку. – Я куплю билет и все организую через свою компанию. Обещаете?

Мое сердце дрогнуло, все-таки не дядя Вася из местного фотоателье зовет тебя попозировать на продавленной кушетке.

Через неделю я долго мяла визитку в руках, потом решила, что пора, наконец, украсить обложку «Вога», и набрала его номер.

– Мария, ми аморе, – обрадовался итальянец, – Твои глаза, твоя улыбка, наш проект!

– У меня есть время в конце месяца, – сказала я деловым тоном.

– Моменто, я посмотрю в календарь. О каррина, – запричитал он, – следующая неделя full – выставка во Флоренции, фотосъемка Феррари. Я перезвоню тебе.

И, конечно же, не перезвонил. Я не стала настаивать.

Отсюда мораль, даже две: все итальянцы обманщики, что и требовалось доказать. Сказок не бывает, что и так хорошо известно.

Но вскоре представился следующий шанс стать «музой художника». На одном аристократическом балу я познакомилась с молодым английским живописцем.

Он долго следил за мной взглядом, а потом подошел и пригласил меня на ужин.

Мы встретились в центре через пару дней, и решили зайти в его любимый ресторанчик неподалеку.

– Я только заброшу кисти домой, я прямо из мастерской, – сказал он мне, солнечно улыбаясь. Видимо, хотел убить меня расположением его «холостяцкой норы», как он обозвал свою двухкомнатную квартиру в центре Кенсингтона.

Ее обстановка поражала дорогой скромностью – полупустое белое помещение в японском стиле, новейший белый «мак» с яблочком, собственные картины маслом по стенам, и даже в углу, где у нормальных людей находится мусорная корзина, стояло ведерко с рапирами.

– А, да, я фехтую немножко, – объяснил он скромно, перехватив мой изумленный взгляд. – Недавно вернулся с чемпионата. Любительского, не смотри не меня так, – добавил он, все так же лучезарно улыбаясь.

«Ах, какой милый, скромный, ну просто принц.