Мороженое из муравьев

В любом городе любой страны, потому что и счастье, и несчастье мы носим с собой.

А еще можно не готовить ужин, а купить в местной греческой лавочке отменный гриль. Можно смотреть, как проворно мелькают лопатки под накрахмаленной белой курткой продавца, грека Теодороса, когда он разрезает розовое мясо осьминога для гриля.

– Чикен сувла? – улыбается он мне.

– М-м, – улыбаюсь я в ответ.

– Ты выглядишь усталой, Мария.

– Я устала, Теодорос.

– Все будет хорошо, ведь ты очень счастливый человек, я знаю.

Я вижу столько людей каждый день. Ты мой самый счастливый покупатель, – добавляет добряк грек.

– Спасибо, я знаю, Теодорос. Я знаю.

Онкологическая комедия

Everybody needs a place to think.

    Slogan of BBC Four

Каждому нужно место, чтобы подумать

    Слоган телеканала BBC Four

I

Однажды мама повела меня к частному, очень хорошему врачу. Врач, добросовестная рослая женщина с встревоженными глазами, долго меня ощупывала, потом произнесла как приговор: пункция.

Для меня это было что-то вроде опции, еще одно непонятно-смешное слово. Но когда в горло вонзился шприц, без всякого наркоза, стало больно, а не смешно. От неожиданности я заплакала, мама, заглянувшая в кабинет, тоже обняла меня и заплакала. Так мы сидели в коридоре, обнявшись, и плакали по непонятному поводу минут пять. Пожилая медсестра высунула голову из лаборатории и потом, появившись в дверях целиком, вынесла маленький стеклянный колпачок с коричневой жидкостью.

– И чего рыдаешь, больных пугаешь? – сказала она уютно.

 – На-ка вот, выпей.

– Это что? – спросила я сипло.

– Коньячок, – сказала медсестра, подмигнув. Коньячок оказался обыкновенной валерьянкой.

Нас снова пригласили в кабинет врача.

Не отрывая взгляда от бумаг и не переставая царапать ручкой, она скороговоркой диктовала: пятый диспансер, врач Овечкин, мой коллега, вас устроит.

– Организм крепкий, недели две все займет, прооперируют тебя, и будешь у нас всех здоровей, – улыбнулась она мне криво, оторвавшись от бумаг.

 – Мама, останьтесь на минутку.

Мне было 22 года. Девушка я была беспечная, легкомысленная, высокомерная и любознательная одновременно. В больницах не бывала никогда, и даже простудой обыкновенной болела редко. А потому, когда я переступила порог хирургического отделения Пятого онкологического диспансера, все мне было в диковинку, если не сказать в развлечение.

Врач Овечкин оказался смешливым колобком в очках.