Рак и Жемчужница

Машина свернула на булыжную мостовую и резко затормозила.

– Ты чего? – почти шёпотом произнёс Вячеслав Дементьевич.

– Сейчас, глаза привыкнут.

Минуты через две в смотровое стекло заблестелась мокрая от дождя дорога.

– Поехали. Ты к самому дому не подъезжай, выйдем неподалёку. Собаку, если отвязана, я возьму на себя.

Дядя Слава протянул руку на заднее сиденье, достал из лежащей там сумки кожаный футляр и вытащил из него большой охотничий нож. Дима остановил машину.

– Развернись! – приказал дядя.

Две едва различимые в темноте человеческие фигуры молча направились к железным воротам с номером 143. Они почти подошли к ним, как вдруг услышали, что ворота открываются. Дядя метнулся назад, схватил за рукав Дмитрия.

– Тихо! – прошипел он.

Оба прилипли к ограде. Было темно, однако видно и слышно, как открылись ворота, из них вышел низенький человечек, повернулся назад, брыкнул ногой, очевидно, пнул собаку, аккуратно закрыл ворота и, осмотревшись на обе стороны, засеменил вдоль ограды.

Две фигуры поспешили за ним. Человечек, беспрестанно озираясь, добежал до крайнего дома, вскарабкался на мостовую и припустил что есть духу к церквушке.

Когда дядя Слава и Дмитрий добежали до развалин, человечка уже не было. Они остановились, отдыхая. От всей церкви остались одни стены. Своды, обвалившиеся вовнутрь, загромождали вход. Дверей не было. Ветер выл и свистел в лабиринтах. Дима почувствовал, как его руки до плечей покрылись «гусиной кожей». Он шагнул через груду камней, чтобы заглянуть за стену.

Стены оказались двойными. Между ними он разглядел узенькую каменную лестницу для одного человека. Лестница вела куда-то наверх. Дима поманил дядю. Тот осмотрел лестницу и молча показал в другую сторону. Слева была точно такая же лестница.

– Какая-то из них главная, – прошептал дядя. – Иди здесь, а я пойду по той. – И он исчез в темноте.

Зубы Димы выстукивали дробь. Он шагнул на первую ступеньку, приподнял руки, нащупал с двух сторон стены и стал медленно подниматься, скользя ладонями по мокрым каменным плитам.

На левой стене попадались железные крючья, очевидно, когда-то к ним прикреплялись светильники или факелы. Дима цеплялся за крючья плечом, лестница стала «уже, пришлось повернуть плечи. Ветер с трудом проникал между стен, поэтому здесь было тихо. Он считал собственные шаги, как вдруг наверху ему послышались глухие удары. Дима приложился ухом к стене – удары повторились. «А что если там ещё кто-то?» – мелькнула у него мысль.