К Огонькам Созвездий

И ставил кружку, и писал в тетради.

Я вспоминаю новенький пятак,

Сияющий на солнце бесполезно.

Хоть жаль, что я помят и вытерт так,

Но золотым кажусь, а не железным.

Все дело в не оклеенном окне

Все дело в не оклеенном окне

В нем стёкла до сих пор не запотели.

Я с дрожью прикасаюсь к простыне,

И скручиваюсь калачом в постели.

Мне засыпающему много лет тому,

И обнимающему бабушкину руку,

Спокойно и тепло,

и потому,

Я ощущаю мир уютной штукой.

Тепло не долгое в объятиях иных.

Уйдёт,

и замерзают пальцы…, плечи….

И немотой суставов будет ныть,

И дрожью желваков дробится вечер.

Но вот, наказы мамины отбросив,

Ко мне мой сын нырнул под одеяло,

И мне в плечо уткнул холодный носик,

И засопел,

И сквозняков не стало.

Вот уже повисли листья

Вот уже повисли листья,

Словно пальцы дирижёра.

Веток рук поникли кисти,

Чтоб корою хрустнув…

Скоро…

Пред оркестром непогоды,

Что есть сил рвануться ввысь!

И отчаянье природы

Бросить улице на бис.

Чтоб фонарной лампы светом,

Вычерчен из темноты,

Дирижёр порыву ветра

Звук задал до хрипоты.

Все покамест недвижимо.

В зале улиц тишина.

Только редкие машины.

И дежурный свет – Луна.

Мельница

В пыль пустыря обожжённого,

В угли от старой мельницы,

В серые, старые жёрновы

Молнией туча целится.

Хлеба не видели долго.

Год уже не пахали.

Стала земля от солнца,

Словно топтали ногами.

Осталось на всю деревню

Десяток живых дворов.

С высохших веток деревьев

Сбили последних ворон.

А в этот уже понедельник

Мельницу подожгли.

Зачем нужна она, мельница?

Пыль размолоть с земли?

В пыль пустыря обожжённого,

В угли от старой мельницы,

И в обгорелые жёрновы

Молнией туча целится.

Гербарий

Как-то, роясь в своих бумагах старых,

Оставляя исписанные, и отбрасывая чистые,

Я обнаружил свой детский гербарий,

А в нём – листья.

-Покупайте! Цветы аккуратно сложены,

Связаны ниткой, обёрнуты в целлофане….

А я помню девочку, которая листья жёлтые

Собрала букетом в гранёном стакане.

Жёлтые…. Такие ужасно жёлтые.

Особенно, когда среди зелёных.

И я поставил гербарий в сервант,

на стеклянную полку,

В пожелтевшей тетради

на бесцветном хрустальном фоне.