Самоизоляция, или Чтоб твою мать

В группе, в которую он год назад вступил, анекдоты и скетчи перемешивались с чернухой по коронавирусу. То и дело кто-нибудь скидывал информацию про ВВП или его шоблу-ёблу, про митинги, демонстрации, сходы и забастовки, набиравшие массовость и силу на всей территории страны. Каждый вечер Трунькины смотрели на YuoTube новости от Максима Шевченко, Александра Сотника, Сергея Иванова, Ивана Яковины, Андрея Караулова и других известных блогеров на русскоговорящем пространстве. Витя с Лизой начали всерьёз задумываться над положением дел в стране, над своим отношением к Президенту, Правительству… Они не могли ещё чётко сформулировать за что они вдруг перестали боготворить и восхищаться ВВП, но теперь почему-то критические сюжеты по депутатской и чиновничьей деятельности, бездействию Правительства, перегибам правоохранителей и т.

 д., и т. п. – перестали вызывать у них неприязнь и отторжение. Они как-то незаметно для себя стали наоборот внимательно вслушиваться и прислушиваться к тому, что несли в массы интернет-говорилки, доморощенные оракулы, знавшие, наверное, всех и всё и дававшие рецепты жизни космической важности.

Утром, во время завтрака, Виктор, сидя за кухонным столом в ожидании завтрака, решил провести урок политинформации с использованием планшета Макса и ресурсов поисковика Google.

И начал он, разумеется, со сводки новостей о коронавирусе COVID-19.

Его привлекла небольшая заметка молодой Бакинской блогерши Фариды Джафаровой «Коронавирус: последние новости 5 мая.

Врачи массово отказываются работать, Россия далеко от выхода на плато». Там же, чуть ниже, слева, была маленькая фотка и подпись под ней «Коронавирус выявлен у 1384 военных Минобороны РФ».

– Интересно, сейчас массово идут выпуски в ВУЗах всей страны, все военные друг с другом плотно общаются, а больных только 1384 человек? Неделю назад было 1090, а сейчас + двести? Что за чушь?! – Витя с удивлением и раздражением смотрел то на Лизу, то на Макса, которые тщательно пережёвывали охотничьи сосиски, приправленные горчицей, хреном и мелко натёртым имбирём с чесноком.

Во рту был пожар, «Африка», но надо было есть. Из глаз ручьями текли слёзы, но Трунькины через «не могу» поглощали завтрак.

– Да врут они там все, – Лиза с набитым ртом прокомментировала первую мужнину сентенцию.

– Вот посушай-ка, что пишет эта девочка из черножопого далёка, – Виктор запихнул в рот большой кусок сосиски и сразу же запил всё горячим чаем.