Берлинская фрустрация

 – Какого чёрта ко мне лезешь?! Я сама разберусь, что мне делать!

Уилл сохранял полное спокойствие. Иногда меня удивляло, как ему это удавалось.

Через двадцать минут мы вошли в квартиру. Я уже немного успокоилась, но по-прежнему злилась на Уилла. Он силой затолкал меня в свою комнату и запер дверь изнутри.

– Садись, – приказным тоном сказал он мне, указав на свою кровать, и пригвоздил к месту суровым взглядом. В его голосе было столько злости, что я побоялась спорить.

В голову полезли дурные мысли: а вдруг он пьян и сейчас воспользуется мной? Вдруг он сам под кайфом и применит ко мне силу? Ведь как бы я ни кричала – никто не придёт мне на помощь.

Сразу вспомнились слова Кары, что мне нужно быть осторожней с ним. Но было поздно: я уже сидела на его кровати.

Тем временем он включил ноутбук, поставил на стул перед кроватью и сел рядом.

– Смотри, – твёрдо сказал он мне.

На экране показались первые кадры, и стало понятно, что это художественный фильм. Я терялась в догадках, зачем мой сосед вырвал меня с вечеринки и заставляет смотреть кино.

Нужно бы ему поучиться ухаживать за девушками…

Незаметно я втянулась в фильм. Это был рассказ девочки-подростка, которая в погоне за популярностью в компании модных молодых ребят подсела на героин, попробовав всего одну таблетку в клубе. За два часа мы с Уиллом не проронили ни слова. Периодически я поглядывала на него – он выглядел удручённым, а в определённые моменты его глаза еле заметно увлажнялись. Неужели он такой чувствительный, что его могут растрогать фильмы о подростках? Хотя я сама на некоторых эпизодах едва сдерживала слёзы.

Пошли финальные титры, но я сидела и смотрела в одну точку, забыв о том, где я.

Уилл закрыл ноутбук. Повернулся ко мне и сухо бросил:

– Я надеюсь, ты поняла.

Я кивнула. Затем встала и поплелась в свою комнату. Разделась, залезла под одеяло, но сон не приходил. Этот фильм перечеркнул все сегодняшние впечатления о вечере. Я и думать забыла о своих чувствах к Майку, о снова упущенном шансе завязать отношения и беспечных танцах.

А что было бы, если бы я попробовала эти таблетки? От этой мысли меня бросило в пот, и я переосмыслила своё поведение. Нет, я не хочу быть настолько же раскованной, как Джуди, я слишком наивна для такого образа жизни. Я верю в искренность человеческих намерений. С моей доверчивостью я могу ввязаться в плохую компанию, уйти с головой в отрыв, пытаясь познать все «удовольствия» жизни. Мне нужно начать думать своей головой.