Девочки играли в апокалипсис

Мы унесли рыбу.

«Доедете до Энхалука, а там шлагбаум, – еще объясняла нам Людмила Григорьевна. – Плата за проезд на берег 300 рублей. Рядом дорожка, чтобы съехать бесплатно.

Мы поехали в Энхалук. Бензин заканчивался. Заправок не было видно. Коля ехал 180 километров в час. Там, где асфальт закончился, и началась грунтовка, он сказал: «Здравствуйте!» В Энхалуке шлагбаум нам не встретился, и мы съехали в песок берега, как вела нас дорога.

Дул ветер, собирался дождь, и было холодно. В такое время температура воздуха и воды одинаковые.

Мы разделись и бросились в хмурую волнующуюся массу Байкала. Витя уплыл очень далеко. Коля проплыл раз и бухнулся в чуть теплый песок читать Лескова. В нашей стране у предпринимателей очень тяжелая жизнь. Коля предприниматель. Я плавала долго, но недалеко. Арине разрешили смочить ножки.

Потом Коля сказал, что хочет поесть и повез нас в позную. Она называлась «Самовар» и на каждом столе стояли неработающие электрические самовары. Вышла полная бурятка в цветастом фартуке и приняла заказ.

Витя попросил пустую тарелку. На тарелку он вывалил полкилограмма деревенского творога, залил двухсотпятидесятью граммами жирной сметаны и стал есть, угощая Арину. Мы стали ждать позы.

После купания в холодной воде меня вдруг пробрала дрожь. Витя предложил мне свою ветровку. Вместе с Колей они пошли к машине. Наверное, потому, что машина Колина, а ветровка Витина. Я согрелась в ней быстро.

– Что читаешь? – спросил Витя, заметив мой довольный вид.

– Антитеза измельчала, – сказала я. Увидев недоумение на лице Вити, я спросила:

– Ты что не знаешь, что такое антитеза?! Это противопоставление. У вас что, в университете не было философии?

– У нас была только культурология.

Теперь в технических вузах не преподают философию.

– Омуль тоже измельчал. Теперь нигде не выловить такого длинного и жирного омуля, что был раньше, – вздохнула я.

Бурятка принесла позы.

Конфетка

Я доклеивала последний кусок обоев и тут подумала о свободе.

Свобода – это свободное дыхание.

Я увидела синее небо и открыла настежь большую створку окна. Впервые с начала лета окна простояли закрытыми в течение суток.

Мне не хотелось синего неба и тепла. Вчерашние тучи больше подходили к моему настроению. Синее небо зовет на улицу, а пойти некуда. Завтра я полечу на самолете, и тогда синее небо будет кстати. Куда полечу? Ничего не знаю.

От нас лететь одинаково до Бангкока и до Москвы.