Черника

Чувствуя свое превосходство, эти чудные создания не боялись облеплять все живое, что только могли облепить. Но сейчас не было и бабочек. Никто не чирикал, не шипел и не свистел – только обжигающий ветер гудел в верхушках деревьев.

Всё сгинуло. Вместе с живностью разошлись по швам и иллюзии о зеленой обители спокойствия, мира и благоденствия, которое казались Василисе целостными и непоколебимыми. Тайга за поселком, которой она хвасталась перед знакомыми в Москве, говоря о родных краях, зеленый массив, где она любила прогуливаться еще с тех времен, когда вся планета танцевала тектоник, а доллар стоил восемь гривен – теперь этого нет и в помине.

Вернее, лес-то, вот он – перед глазами, но мертвый. Если проводить параллели с людьми, то тело – снаружи, а внутри – пресная безыдейная пустота.

Сперва в это не верилось. Не верилось в эту тишину – настоящую, невоспетую, одарявшую тебя горькими поцелуями тишину. Нет, это был не сон, не игра. В реальности никто не прилетит на голубом вертолете, не перезапустит день.

Расскажи о передряге, в которую нырнула Василиса – упекут в больницу. Но нырнула же! Хотя, и рассказывать она никому и не планировала.

«Разгребайте сами, дамы и господа» – отец часто язвительно вторил эту фразу в любой непонятной жизненной ситуации. К сожалению, его голос сейчас звенел в ушах девушки громче ветра, от чего ей хотелось просто распластаться по сухой земле и заплакать навзрыд от несправедливости.

Судьба сегодня выбрала сторону абсурда, судя по положению вещей.

Черника, подкошенная физическими нагрузками на жаре, как раз на секунду задумалась о том, где была десять минут назад, вспомнила и про эвакуацию, которая вот-вот завершится, если этого еще и вовсе не случилось. Вспомнила про огонь, который ждать не будет и деваться, несмотря на все молитвы живиальных соседей, никуда не собирался.

У Василисы складывалось ощущение, что она попала в какой-то парник. До ниточки сырая, задыхаясь от духоты и смога, немощная, она судорожно крутила головой по сторонам, ощущая себя сбитой летчицей, пытавшейся сориентироваться на местности.

Если бы не подступающая густая дымка, то Черникова без труда бы вышла к дороге, как делала это много раз в лесу. Однако гонимая мысль о том, что последняя все-таки заблудилась, не заставила себя долго ждать.

Она не знала, насколько далеко зашла, не знала, в какую сторону ушел тот парень с карабином и рюкзаком на спине.