Доктор Шиллинг. История одной пандемии

Доктор Шиллинг. История одной пандемии

Алексей Алексеевич Денисенко

В игровой, немного фантастичной, но, вместе с тем, предельно реалистичной форме показаны события конца 1980-х, связанные с переходом к рынку. Книга писалась с 1987 по 1991 год, происходящее в ней можно рассматривать как свидетельство очевидца. Действие происходит в разные времена: от древности до настоящего времени; на огромных просторах: в скифских степях и в разных уголках Советского Союза. Предугаданы многие современные события… Герои, от скифов до современников, от фантастических существ до почти реальных персонажей по-разному принимают и переживают небывалую эпидемию, охватившую мир.

Неизвестный вирус и великий врачеватель…

– Игра занимает меня сильно, – сказал Германн, – но я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

– Германн немец: он расчётлив, вот и всё! – заметил Томский.

«Пиковая дама»

Часть первая

1

Назло всезнающей статистике, утверждающей, что простудные заболевания с насморком, чиханием из-за досаждающего свербежа в носу, с постоянными слезами, от которых нет спасения, и глаза бывают красными и нездоровыми, случаются чаще всего весной или осенью, означенными выше недугами в указанные сроки Семён Савельевич Фазаратов никогда не страдал.

Все респираторные несчастья настигали его в самый неподходящий для этого период: в сухое, жаркое лето, ближе к середине августа, когда прошли уже дожди, сопровождающие обычно Ильин день, а сентябрьская промозглость ещё не начиналась.

Семён Савельевич переносил свои болезни спокойно и воспринимал их как неизбежные издержки своей редкостной профессии.

Это был мужчина с внешностью, о которой в протоколах следственных органов пишут, что «особых примет не имеет». Впрочем, профессиональное покраснение глаз и хлюпанье носом можно было бы отнести к «особым», если бы приметы эти перешли в хронические или, хотя бы не в такие быстротечные, что, исчезнув вдруг, смогли бы навредить следствию.

Незаметность внешности Семён Савельевич также относил к необходимым приобретениям своего ремесла, в котором он достиг уже значительных успехов и филигранной сноровки. Семён Савельевич Фазаратов был вором.

«Тю-ю! – скажет разочарованно кое-кто. – И чего ж такого необыкновенного? Теперь все воруют…» Согласны: «тю», но «тю», если не знать Семёна Савельевича. А вот этим мало кто сможет похвастать.