Вопль плоти

Ту, которая, вероятно, не стоит её, то есть Лизонькиного мизинца, – она же урод, неужели ты ничего этого не заметил!

Однако Дмитрий, недовольный тем, что девушка чересчур уж разошлась, награждая понравившуюся ему женщину нелицеприятными эпитетами, с сердитой миной на лице перебил её:

– Ну, ну, мышонок, не зарывайся! Не оскорбляй, пожалуйста, ту, которую совсем не знаешь!

Тогда девушка решила переменить тему. Она вперила взгляд своих больших зелёных, но имеющих свойство менять цвет, глаз в сторону церкви, откуда раздавался колокольный звон.

– Тебе нравится, милый, как звонят колокола? – миролюбивым тоном спросила она и ласково тронула его за рукав.

– Церковь, и всё, что с ней связано, – с раздражением и пренебрежительно сказал Дмитрий, – навевает на меня не что иное, как тоску и печаль, именно в церкви, если я туда захожу, в меня, будто демон, вселяется этот мерзкий животный страх перед смертью.

– Не гневи Бога, мой друг, наверное, он всё-таки есть, иначе, кто бы придумал нас и весь этот, такой сложный и гармоничный мир.

Вон политики и все известные люди, и то подались к Богу! – мудро рассудила Лизонька и предложила:

– Всё-таки давай когда-нибудь сходим в церковь и покрестимся, мы с тобой оба некрещеные, а потому и несчастные, никак не можем выбиться из нищеты. А покрестимся, увидишь, жизнь совсем пойдёт по-другому.

Он в ответ усмехнулся, поражаясь детской наивности и непосредственности своей подружки.

– О, мама, мия! Я, мышонок, до столь значительного переворота в своей жизни ещё не созрел, а кривить душой, как другие, не могу и не хочу.

Пусть мой Бог остаётся в моей душе и незачем его выставлять напоказ.

Эти милые душещипательные философские беседы, протекающие частенько между двумя молодыми людьми с явно противоположными характерами, нередко заканчивались ссорой, однако на этот раз всё обошлось довольно мирно.

Лизонька сильно спешила на работу, в ресторан, где она всякий раз мыла, протирала огромную гору вонючей грязной посуды.

С неохотой расставаясь с вечно суровым Дмитрием, она приподнялась на цыпочки и с удовольствием чмокнула его в щеку, хотя в эту минуту она, как никогда, хотела бы обнять его и прижаться к его широкому плечу, страстно поцеловать в обветренные, красивого рисунка губы.

Кровавый закат солнца, и на его фоне горделивый овал красивого, мужественного лица Дмитрия, с благородным взглядом редких синих глаз – эта картина буквально тронула девушку до глубины души.