Чирчик впадает в Средиземное море, или Однажды бывший советский пролетарий

Вообще-то на этот завод, где всю жизнь проработали мои родители, меня никак не взяли бы по состоянию здоровья. Медкомиссию не пройти, если по-честному. Мне даже в технический ВУЗ путь был заказан, хотя впоследствии и там медкомиссия закрыла свои здоровые глаза на мои нездоровые. Я уж не говорю о водительских правах! Поэтому дружеский совет – если кто-то увидит, что я еду по дороге, сильнее машите руками и подавайте сигналы голосом, чтобы я вас заметил. А лучше сразу бросайтесь в кювет и лежите тихо, пока я не проеду.

Помню, я ещё в школе учился, когда услышал однажды, как родители шушукаются горестно по поводу моего будущего. И где же наш бедненький сыночек работать сможет, и как же он себе жену найдёт. Работать, наверное, в библиотеку его определим, а сможет ли он вообще знакомиться с девушками?

Как будто для общения с девушками главное – глаза. И даже то, о чём подумал легкомысленный читатель, тоже не главное. Главное – теперь-то с высоты прожитых лет могу открыть секрет – язык. Правда им тоже можно пользоваться по-разному, но здесь я уж от подробностей воздержусь – пусть каждый домысливает в меру своей испорченности.

Поэтому определить меня в цех контрольно-измерительных приборов отцу казалось большой победой. А потом, когда он увидел, что плохое зрение не так уж сильно мешает мне жить полноценной жизнью, решил, что может, я и на другую работу сгожусь. И из вспомогательного цеха я попал в основной.

А что это я всё о себе и о себе, а ведь о другом пролетарии собирался писать.

И вот, значит, начинается у нас строительство нового большого завода, да не простого – итальянского. Всё новенькое, сверкающее: оборудование, каждая мелочёвка, каждый карандаш – всё итальянское! Белая каска на голове с фамилией на латинице!

Никогда не видели мы так много красивого сразу и в одном месте.

Вот в один из цехов этого нового завода и пришёл работать мой герой. Но слесарить там было пока нечего – сам цех ещё строился, и поэтому он, не цех, а мой герой, целыми днями перерисовывал на кальку схемы трубопроводов будущего производства или контролировал строителей.

Кроме советского пролетария, в цеху – а это пока был просто строительный вагончик – было ещё только два человека – начальник и механик, тоже советские. По всей огромной территории будущего завода тут и там стояли такие же вагончики – будущие цеха.

Начальником всего будущего производства прислали издалека очень хорошего инженера. И человек он был очень хороший.