В свете волшебного фонаря

Доктор, который собрал её по кусочкам, знал, какой опасности она подвергается каждую минуту.

Эта удивительная женщина совершенно неожиданно появилась в его жизни. Упала звездой с небес прямо к нему на ладони.

А началось всё с обычного ужина. Аркадий зашёл в свой любимый ресторан «Корстон». По вечерам здесь живая музыка с приятным сюрпризом для посетителей: выступление интересного артиста.

Двухместный столик недалеко от сцены свободен. Аркадий заказал по привычке рыбу с овощами гриль и попросил никого не подсаживать.

Пианист наигрывал под сурдинку попурри из известных мелодий.

На смену пианисту вышел скрипач. С минуту поколдовал, прилаживая инструмент к подбородку, и выдал первые звуки чардаша Витторио Монти.

Аркадий обожал это произведение. Чардаш Монти исцелял его от усталости и депрессии, возвращал утраченные силы лучше целебного бальзама. Он разузнал о нём всё: чардаш в переводе с венгерского – постоялый двор, трактир, в дальнейшем – название танца, отличающегося значительными вариациями темпа.

Витторио Монти, итальянский композитор, скрипач и дирижёр, сочинивший за свою жизнь множество балетов, оперетт, вокальных и инструментальных пьес. Но только этот Чардаш сделал его имя бессмертным. Самые знаменитые в мире музыканты неизменно включают его в свой репертуар. Трудно назвать инструмент, на котором бы его не исполняли. Дома у Аркадия хранились записи Чардаша Монти в исполнении скрипача Юрия Медяника и аккордеониста Петра Дранги, которые ему особенно полюбились.

Выступавший теперь скрипач тоже неплохо интерпретировал…

Неожиданно на ступеньках, ведущих к сцене, появился женский силуэт весь в золотом: платье, туфельки.

Танцовщица или певица? Аркадий недовольно поморщился: когда музыка самодостаточна, дополнения излишни.

Женщина в золотом наряде задумчиво остановилось на полпути, словно услышала его мысли, окинула взором зал и сбежала вниз по лестнице, как язычок пламени по сгоревшему полену.

Аркадий замер, забыв обо всём.

Остывал начатый и забытый ужин.

Бокал, наполненный красным вином, жадно ловил золотые отблески.

Это была не просто женщина, а Богиня любви. Её руки превращались то в стебли, пляшущие от порыва ветра, то в крылья раненой птицы, то в две коварные змеи. Она соблазняла и призывала кого-то, кто не желал откликнуться. Устав и отчаявшись, женщина закрывает лицо руками, чтобы скрыть слёзы и падает наземь как подкошенная тростинка.

Вдруг всё меняется: женщина встаёт во весь рост, гордо вскидывает голову.