Новая формация. Сборник участников-делегатов мероприятия, проводимого в Государственной Думе

Многоязычный башкир

…Башкирец застонал слабым,

умоляющим голосом и, кивая головою,

открыл рот, в котором вместо языка

шевелился короткий обрубок.

    А. С. Пушкин, Капитанская дочка

Великий Пушкин знал, что значит боль,

И рассказал открыто перед миром,

Как умирала крепостная голь

И вырезали языки башкирам.

Он сострадал им… Как не сострадать,

Когда в России в те лихие годы

Мог с языком и жизнь свою отдать

Любой из тех, кто захотел свободы…

Ну а сегодня я листаю том

Великого поэта всенародно.

Мой край свободен, как родимый дом,

И мой язык бытует в нём свободно.

Есть Пушкинская улица в Уфе,

И Пушкину там памятник поставлен.

Есть дух свободы в пушкинской строфе —

В башкирских песнях этот дух прославлен.

Сегодня я – совсем не тот башкир,

Что ни запеть не мог, ни молвить зычно,

Что жил, сверкая рёбрами из дыр…

Сегодня я башкир – многоязычный!

Мой голос нынче в каждый дом проник,

Ему внимают в высших кабинетах —

То наш великий пушкинский язык

Мне открывает двери всей планеты.

Пусть видит ныне весь обширный мир —

И сельский житель, и народ столичный,

Как безъязыкий пушкинский БАШКИР

Сегодня стал башкир – МНОГОЯЗЫЧНЫЙ!

Память отца – навсегда

Если ты ненавидишь – значит, тебя победили.

    Конфуций

Отец мой – солдат,

что с боями прошёл сто дорог,

и всё, что с ним было,

он в памяти крепко сберёг.

Он так говорил мне:

– Сквозь пули,

в дыму и в пыли —

в атаку «За Родину!» мы

и «За Сталина!» шли.

Мы шли по болотам

и реки форсируя вброд.

Одна только цель нас манила —

вперёд и вперёд!

Враги несли миру крушение,

гибель и ложь.

Но

Сталина имя

вгоняло их в трепет и дрожь.

Не зря ведь в испуге,

как ивы под мощным дождём,

сгибали колени

они перед нашим вождём.

Но век изменился —

вождя больше мир не хвалил,

и чуть ли не каждый

его перед всеми хулил.

И мир потемнел, слёз не пряча,

от плача тяжёл —

за тех, кто «За Родину!» в бой

и «За Сталина!» шёл.

А в памяти нашей

шумят, как под ветром листва,

раскаты гремящих его

над землёю слова…

«Палач» ли он был или «гений» —

он канул во тьму.

Никто безразличным не сможет

остаться к нему.

В судьбе и истории каждый

проложит свой путь.